Словно от морока, отмахиваюсь от грустных думок и, войдя в кабинет, улыбаюсь массажистке.
– Привет, Анечка! Не опоздала?
– Вы всегда вовремя, Екатерина Александровна, – уважительно кивает она.
Упав на кушетку, опускаю на лицо копну волос. Ане они не мешают, и я как за шторкой. Можно подумать спокойно. Никто не видит эмоций на моем лице. Не задает дурацких вопросов и потом не понесет сплетни по санаторию.
А то, тут дай разгуляться!
Маленький наш мирок. Все на виду. Особенно я.
– Вот я и говорю, Людка свое выкружила.
– Не тот человек, – вторит другой голос. – Денег даст на воспитание ребенка и сам смоется к себе в Москву. Никакой свадьбы не будет. А Людка себя уже генеральшей возомнила, – добавляет зло.
Вздрагиваю от последнего слова. Генерал в «Соснах» один. И тот мой муж.
– Девочки, потише! – кричит подружкам Анечка. – Вы нам мешаете. Екатерина Александровна расслабиться от вашей трескотни не может.
– Уходим, – весело откликаются те. Хлопает дверь и наступает полная тишина. Даже уши закладывает.
Генерал. Людка какая-то. Ребенок. Где-то в глубине души встревоженно поднимает голову ревность. Обжигает душу холодными щупальцами. Сначала слегка. Почти незаметно.
– Простите, Екатерина Александровна, – сокрушается Анечка. – Девчонки у нас любят посплетничать.
– А о ком речь? – бросаю, не поднимая головы.
– Да Люда с ванн, вы ее должны помнить. Все хотела за богатого замуж выскочить. Вот и обломилось.
– Кто-то сделал предложение? – уточняю насмешливо.
Слава богу, речь о другом мужике. Мой Ордынцев нигде не наследил!
– Не знаю как насчет предложения, – зло роняет массажистка. – Мне никто не докладывал. Но вроде залетела она от одного…
– Так она давно у нас не работает, – вздыхаю я.
– А он, как приехал в начале сентября, сразу к ней поскакал. Прям на машине рванул. Водителя около ее дома отпустил. А сам с сумками наверх попер. А там уже стол накрыт, кровать разобрана…
– Это кто же у нас такой герой-любовник? – спрашиваю насмешливо, а внутри немеет все.
«Пронеси, господи! – молюсь, утыкаясь лбом в массажную кушетку. – Пронеси!»"
"– Да есть тут… Каждый год приезжает в начале сентября. Генерал Ордынцев. Но вы, наверное, с ним не успели познакомиться…
Каждое слово бьет наотмашь. Режет ножом, жалит напалмом. Не спрятаться никуда от ужасающей правды. Не выжить.