Однако радостное упоение от собственной гениальности очень быстро сошло на нет, когда фиалка Лина деликатно поинтересовалась, почему я не знакомлю их с еще одним обитателем квартиры.
— Еще один? — Я поежилась.
— Да. Он очень одинок, бедняжка. Жалуется, что его здесь не любят и с ним не хотят разговаривать.
— Ась? — Теперь мне точно не по себе. У нас что, живет призрак прежнего владельца квартиры? Летает тут, пытается общаться с обитателями… бррр.
Однако, как оказалось, Лина имеет в виду денежное дерево!
— Это я с ним не хочу общаться?! — возмутилась я, как только поняла, о ком идет речь.
— Это потому, что ты нас согрела своим теплом, — невнятно объяснила Лина.
Согрела теплом? Что это значит?
— Мы тебе нравимся, — растолковала фиалка. — Ты наполняешь нас теплом! Понимаешь теперь?
До меня дошло. Бог ты мой! Неужели все НАСТОЛЬКО просто? Лешие общаются и взаимодействуют через… любовь? Может, поэтому я никак не могла совладать с крыской на своем теле! Я пыталась избавиться от нее, она мне не нравилась! Но когда я почувствовала искреннюю благодарность, она откликнулась, и через нее сигнал пошел остальным.
Я тут же пошла в комнату, твердо вознамерившись исправить ситуацию.
— Прости меня, — сказала, привычно обхватив ствол. — Ты неоднократно помогало мне, несмотря на то что я ни разу тебя не поблагодарила.
Мне вдруг стало так стыдно и так жалко бедное дерево, что я едва не прослезилась.
— Ничего, — внезапно ответили мне. Голос у дерева был замечательный — низкий и бархатистый, с едва заметной хрипотцой. — Я думал, что я тебе просто не нравлюсь.
— А я то же самое думала про тебя…
Мы еще немного пообщались. Дерево сначала говорило тихо, словно через силу. Но постепенно голос набирал мощь. Под конец уже не приходилось напрягаться, чтобы разбирать слова.
— Савелий, — предложила я. — Нравится?
Дереву нравилось. Я с облегчением выдохнула.
— Ты собиралась заглянуть в прошлое? — вдруг спросил Савелий. Неожиданно.