Я выключаю звук и навожу курсор мыши на нераспечатанную папку с надписью «Раевский В. Д.» Убеждаю себя, что готова, но пальцы с каждой секундой леденеют все сильнее.
Первой открывается фотография. Она не самого лучшего качества, но и этого достаточно, чтобы разглядеть лицо Саввы, выходящего из машины. Он выглядит моложе и волосы у него короче. На фотографии указана дата и местоположение: двадцать третье июля две тысячи шестнадцатого года, время: двадцать два двадцать шесть, Малая Бронная. На следующем снимке Савва выходит из здания, направляясь к припаркованному автомобилю.
Я листаю дальше и в отчаянии закусываю губу. Третье фото — это обгоревшее двухэтажное здание с черными дырами окон. Вывеска на обугленном фасаде потемнела, но ее все еще можно прочесть: «Арт-студия Вениамина Раевского».
Я отчетливо слышу жалобный звук рвущейся нити. Так умирает надежда. Теперь это официально: Савва — организатор и виновник смерти своего отца. Зачем он дал мне эту чертову флешку? Я все равно никогда не смогу ей воспользоваться, а без нее могла бы и дальше находить ему оправдания.
Последнюю папку я просматриваю мельком: это бухгалтерская отчетность с поистине космическими суммами прибыли. То, что компания Саввы явно уклоняется от налогов, не производит на меня впечатление. Точно не после увиденного."
"На желейных ногах я встаю с дивана и иду на кухню. Мне необходимо выпить, а где-то в холодильнике должна быть бутылка вина.
Белое сухое обжигает горло холодом. Я в два глотка осушаю фужер и, дав себе время прочувствовать расслабление, набираю сообщение Савве: «Я посмотрела.
Ответный звонок раздается через секунду.
— Органы правопорядка, конечно. Я потратил много денег, чтобы оставаться на свободе.
— Зачем ты передал флешку мне? Тебе лучше ее уничтожить.
— Считай это моим подарком. Для тебя важно ощущать контроль над своей жизнью, а со мной ты его теряешь. Я даю тебе рычаг.
— Я никогда им не воспользуюсь, — мой голос понижается до шепота, а на глазах необъяснимо выступают слезы.