По документам так. А дети и взрослые меня звали – няня Таня.
– Вы работали там десять лет, – уточнила я.
Молоканова молча прошла на кухню, принесла чайник, водрузила его на стол. Туда же поставила чашки из парадного сервиза, достала их из буфета и махнула рукой.
– Неспроста вы явились, гости дорогие. О чем погутарить хотите?
– Чай ваш вкусный, да от него в сон кидает, – ответила я и включила диктофон.
В комнате зазвучал голос хозяйки и ее хриплого собеседника.
Бабуля стерла с лица приветливое выражение. Ее губы поджались, взгляд стал холодным.
– Понятно. Глуши запись. Ишь, обхитрила меня, пройда. Зачем пожаловали?
– Хотим получить ответы на некоторые вопросы, – пояснил Костин, – опасаться вам нечего. История с кражей коллекции давно похоронена.
– Кража коллекции, – повторила Татьяна-Питирима. – Что я получу за свой рассказ?
– А что вы хотите? – деловито осведомился Костин.
Хозяйка встала, открыла буфет, вытащила общую тетрадь, перелистала ее и положила открытой перед Володей.
– Тут список нужного мне.
Костин углубился в чтение. Некоторое время он молчал, потом спросил:
– Крыша. Перекрыть металлочерепицей. И стоит крестик. Что он означает?
Хозяйка сняла шаль, прикрывавшую ее плечи."
"– Сразу понятно, что ты, мил человек, от головы до пяток городской житель. Кто ж в марте крышу кроет? Летом ее чинят. Крестик – это значит сделано.
– У вас просто список Деду Морозу, – усмехнулась я, когда Костин вновь погрузился в увлекательное чтение.
Татьяна сделала жест, словно муху отгоняла.
– В старика с бородой я давно не верю. Я уже говорила тебе, что травами людей лечу. Заговорами. За все болезни не берусь. Запомни, ежели кто из травников пообещает рак излечить, беги от такого горе-целителя, роняя тапки. Врет он. Или заблуждается, считает, что способен на это, но на самом деле ничего у него не получится. Больной только время потеряет. С опухолью надо к онкологу идти, да поживей. Вот с мигренью я живо разделаюсь, с панической атакой тоже, с радикулитом, со многим другим.
– Мы? Нет, – ответил Костин.
– Вот и я не собираюсь, – отрезала Татьяна, – кушать каждый день хочется, огород сама не вскопаю, мужика нанимаю, за свет ого-го какая сумма ежемесячно улетает. Но если я вижу, что пришел нищий, помогу ему бесплатно. Кое-кто не может денег дать, зато он услуги предлагает. Сшить мне платье. Починить крыльцо.