– Ваш напиток даже Аманде нравится, – засмеялась я.
– О! Она обожает кофе, – подтвердила Лукреция. – Пока Берти отсутствует, расскажу вам о нас.
Я слушала хозяйку, не забывая при этом гладить кошку, которая выпила кофе, съела гущу и уютно устроилась на моих коленях.
Князья Нуаре жили в России несколько веков и не покинули страну даже после печально известного тысяча девятьсот семнадцатого года.
– Если все достойные люди сбегут, кто сдержит распоясавшихся холопов? – заявил отец Альберта и Лукреции, когда его жена заикнулась о том, что друзья уже сбежали за границу.
Удивительное дело, но репрессии не коснулись семьи Нуаре. Более того, князей не выгнали из родного поместья, не передали их особняк под санаторий. Отец по-прежнему служил главврачом крупной больницы, мать занималась домом, потом родились близнецы. Альберта и Лукрецию воспитывали по-современному, они не сидели в своих комнатах, всегда выходили к гостям. А друзья приходили к Нуаре каждый вечер.
– О, да, – сказал Альберт, возвращаясь в гостиную, – помню свой ужас, когда пришлось ампутировать бойцу руку. Я чуть сознание не потерял. Хорошо Лу меня по затылку эмалированным лотком треснула. Она, в отличие от меня, никогда присутствия духа не теряла.
– Родители умерли через десять лет после окончания войны, – продолжала Лукреция, – мы остались вдвоем, уже получили дипломы, работали врачами. И впервые столкнулись с материальными проблемами."
"– Ранее мы не задумывались о деньгах, – добавила после паузы Лукреция, – отец распоряжался финансами, они с мамой скончались в один день. А мы не нашли никаких накоплений и поняли, что не способны содержать дом.
– Ужасно! – вздохнул Альберт. – Еле поминки организовали.