— Проблема в том, что ты мне не веришь, и это оскорбительно!
— Да, бля, да! — сквозь зубы проговариваю. — Я не верю. Мы договаривались посетить твоего врача вместе. Но сегодня каким-то чудесным образом нарисовалась твоя справка.
— И? В чем проблема? Твое присутствие там было необязательно.
— Киса, ты дура?
Вопрос риторический.
— Я пытался тебе доверять, соглашаясь на твоего врача. Но ты и тут меня прокатила. Поэтому будет так: сейчас ты сдаешь кровь, результаты получаю я. Потом будем решать по обстоятельствам.
Киса обиженно отворачивается. Не бежит, не сопротивляется, покорно ждет нашей очереди. Уже хорошо. Хотя ни хрена не хорошо. Это значит, что она беременна… И, возможно, от меня. А я не рад. Ну вот такой урод. Не рад ребенку. Потому что, бля, меня никто не спросил, хочу ли я его!
Если ребенок мой, это все перевернет в моей жизни. Кардинально! А самое отвратительное, что ребенок никогда не будет расти в полной семье, мы с Кисой априори будем каждый сам по себе. И от этого тошно. Не так я представлял свою семью.
Молча, не разговаривая друг с другом, дожидаемся очереди, оплачиваю анализ, даю только свой телефон для результатов. Отправляю Кису сдавать кровь. Пока жду, листаю почту в телефоне, отказываю рекламодателям на ближайшее время. Нет у меня годного контента. Краем глаза замечаю, как возле регистратуры шепчутся две девочки лет по шестнадцать, посматривая на меня.
— Ты Мот? — все-таки решается спросить одна из них. Меня сложно не узнать – я разрисован: шея, руки; не обознаешься. Но я внаглую поднимаю голову, заглядывая девочке в глаза, и грубо отвечаю, что нет. Девушка поджимает губы и отходит дальше шептаться с подругой.
Это не есть хорошо. Люди меня любят, они и есть моя популярность. Без фанатов не будет и меня как Мота.
— Звезду поймал, — фыркает одна из девушек.
Звездная болезнь меня тоже накрывала. Она всех накрывает поначалу. Этого просто не избежать. Накрывает абсолютно всех. Но меня, слава богу, быстро отпустило. Переболел. И сейчас я не со зла. Я на нервах.