— Мы были в новой школе, детям очень понравилось. Волнуются, правда, немного, но в целом всё очень даже хорошо. Спасибо, что сделал всё так быстро…
— Они мои дети, Нина.
— Да, я знаю…
— Ты сама как? — почему-то вдруг захотелось, чтобы она сказала, что без него плохо и попросила приехать.
И он бы помчался. Вот прямо сейчас всё бросил бы и к ней… Осёл наивный.
— Мне завтра нужно на работу… Я и так первый день прогуляла. Ты не мог бы забрать детей из школы и побыть с ними, пока я не вернусь?
Скрипнули чьи-то зубы, наверное, его.
— Заберу. Но сделай так, чтобы Яна с Кириллом не знали о твоей, так называемой работе. Будь хорошей мамой, навешай им лапши, как ты там трудишься в поте лица, — и швырнул телефон в стену, отчего тот разлетелся на мелкие кусочки. — Сука!
*****
Дождавшись указанного шантажистом времени, сунул пистолет за пояс брюк, сложил пачки денег в чёрный пакет и тяжёлым шагом пошёл к выходу.
Он решит эту грёбаную проблему раз и навсегда. Его не будут водить за яйца, как дойную корову за вымя. Пусть даже придётся кого-нибудь пристрелить. В том, что Лиана работала не одна был уверен практически на сто процентов. Хитрая дрянь специально его обработала, чтобы поиметь денег.
В полночь был на месте! Оставив двигатель заведённым, а фары машины включёнными, шагнул к лестнице, ведущей под мост.
На улице сыро и мерзко, а настроение хоть волком вой.
Пакет положил на бетонный выступ и, оглядевшись вокруг, направился к машине. Отъехав на некоторое расстояние, заглушил мотор, выключил фары и аккуратно пошёл обратно.
Достав пистолет, ступал осторожно и тихо. Усмехнулся. Надо же, а армейская муштра до сих пор не забылась.
Впереди, в свете луны промелькнула тень и кто-то быстро спустился под мост. Отлично. Сейчас он поймает сукиного сына и, наконец, разузнает, что тут к чему и кто посмел играть с ним в эти игры.
Почти спустился по лестнице, но на последней ступеньке зацепил какой-то камень, тот загремел и Варламов тихо выругался. Бросился туда, где оставил деньги, но их там не оказалось, а сзади послышался шорох и сильный удар по голове на какое-то мгновение оглушил Вячеслава. Оглушил, но не вырубил.
Тряхнув головой, попытался развернуться, чтобы вмазать ублюдку по роже, но настиг второй удар.