– Нет, в среду вроде, – пробубнила другая, смахивающая на таксу, – а Райка вообще давно не показывается, заболела небось.
– Что же вы такие невнимательные, – укорил я собеседниц, – подружка не ходит на занятия, и никто не забеспокоился? Может, лежит в общежитии на койке и умирает, нехорошо как-то.
«Такса» хмыкнула:
– Мы сами из общежития, Райки там давно нет.
– Они с Катькой квартиру сняли, – пояснила рыженькая.
– Может, к матери двинула? – пробормотала «такса». – Оголодала совсем и помчалась на откорм! Я сама, когда обалдею от макарон, к маме еду.
"Ругая себя за глупость, я побрел в учебную часть и грустно сказал девице с любовным романом:
– Ее нигде нет.
Девчонка посочувствовала:
– Уж и не знаю, чем помочь!
– Может, к родителям поехала, небось у вас адресок имеется…
Девица заколебалась, ей явно было запрещено разглашать сведения, но я молитвенно сложил руки.
– Умоляю, не дайте погибнуть любви!
– Город Красномосковск Московской области, улица Октябрьская, дом шесть, – ответила девочка.
Безостановочно ее благодаря, я вышел в коридор, стряхнул с лица выражение парня-идиота, главного героя мексиканского сериала, закурил сигарету и уставился в окно. Красномосковск! Где же это место и в какой связи я слышал про него? Кто и когда упоминал при мне этот город? Так ничего и не вспомнив, я сел в машину и порулил домой.
У Элеоноры в кабинете имеется весьма подробный атлас Подмосковья, правда, довольно старый, но город Красномосковск нашелся сразу, в пятидесяти километрах от столицы на север.
Я редко покидаю Москву. Всяческие курорты меня не привлекают. Не люблю жару, купание в море оставляет меня равнодушным, шумные компании раздражают. Больше всего мне нравится, когда Нора летом отправляется на дачу в Николаевку.