Дело происходило в начале восьмидесятых, и в глазах общественности девушка, решившая родить ребенка без предварительного похода в загс, выглядела проституткой. Вот если бы она сначала зарегистрировала брак, а потом через неделю развелась… Тогда да, тогда она честная женщина, мать-одиночка, а без штампа, простите, гулящая особа. Но Ольге было наплевать на общественное мнение, справилась она и с глубоким разочарованием, которое испытала, поняв, что любимый мужчина просто бабник, да еще и трус в придачу.
Ни Лара, ни Неля больше не видели свою подругу плачущей, наоборот, Оля пребывала в отличном настроении и пропадала целыми днями в «Детском мире», пытаясь раздобыть необходимое для ребеночка приданое.
Она прибежала к Ларисе домой и заплакала."
"– Что такое? – засуетилась подруга.
Ольга сквозь слезы выложила правду.
– Ну не фига себе! – обалдела Лара. – Двое.
Еле-еле успокоившись, Оля сказала:
– Двух мне не поднять.
Лариса хотела было сказать: «Зря аборт не сделала», – но удержалась.
Какой смысл после драки кулаками махать? О каком аборте может идти речь, если живот на нос полез?
– Иди к своему хахалю и припугни! – посоветовала Лариса. – Скажи, что обратишься в партийную организацию, мало ему не покажется. Пусть немедленно оформляет брак, а то никаких алиментов с него не слупишь.
– Нет, – покачала головой Оля, – никуда не пойду, а в партийную организацию тем более.
– Тогда маме расскажи, – не успокаивалась Лариса, – это он возле тебя такой строгий, посмотрим, как со взрослой женщиной справится!
– Маме никогда не скажу, кто он.
– Почему?
– Не хочу.
– Да отчего?
– Не желаю.
– Дура, – рявкнула Лариса, – идиотка. Сначала влипла, как кур во щи, а теперь еще и выдрючивается. Знаешь, сидишь в говне, так не чирикай. Хорошо тебе из себя принципиальную корчить.