Рассказать той, что весь план придумали Настя и Рая, а он, профессор, спас ее…
В благодарность за спасение девушка даст ему денег.
Глупый вариант, но Льва Яковлевича несет, словно щепку бурным потоком, и он цепляется за любую возможность спасти дело.
Нору он «угощает» кардиоспасом.
– Эй, эй, – влез я, – в день, когда хозяйку парализовало, Лев Яковлевич был в гостях у Николетты, играл в карты, он никак не мог находиться в двух местах одновременно.
– Весь вечер у тебя на глазах, – прищурился Макс, – никуда не отходил?
Я прикусил губу.
– Фанты! Играли в кареллу, он проиграл, а Николетта велела купить ей розу.
– И что?
– Ушел, а потом вернулся с букетом.
– Еще вопросы есть?
– Нет, – тихо сказал я, – но Нора-то осталась жива!
– Не рассчитал дозу, – пояснил Максим. – Кстати, я предупредил врачей, чтобы всем отвечали, будто Элеонора Андреевна на краю гибели, и никого к ней не пускали.
– Именно так мне и говорили, – вздохнул я.
– Водовозов тоже звонил регулярно и ждал ее кончины. Риту он пока держал в «Ванильном зефире» в бессознательном состоянии.
Но тут случилось непредвиденное. Дискотека сгорает, Рита исчезает непонятно куда. Потом ему звонит Николетта и, захлебываясь, тараторит:
– Нет, ты только послушай! Нора умерла, завещав все деньги Ивану!
Ничего не понимающий профессор мчится на квартиру к Элеоноре. Он полностью обескуражен. Ведь в тот день, принимая из рук бывшего любовника фужер коньяка с кардиоспасом, Нора грустно говорит, показывая на сейф:
– Надо переделать завещание, Маргоши-то нет! После моей смерти все тебе останется, Лева!
– Ну-ну, – смеется профессор, глядя, как дама пьет отраву, – что за мысли, дорогая, ты еще меня переживешь!
А тут вдруг сообщение о том, что деньги достаются Ивану.