– Молодец, теперь возьми салфетку, вообще любую тряпку и вытри все предметы, к которым прикасался: дверные ручки, выключатели. Понял?
– Да.
– Потом уходи. Тряпку не бросай в квартире, возьми с собой. Ты там курил?
– Вчера да.
– Забери окурки. Высыпь в мешочек, затем прикрой дверь. Мешок выброси где-нибудь в мусорный бачок, но не делай этого во дворе у Насти, и быстро езжай домой.
– Но следует сообщить в милицию! Нельзя же оставить тело просто разлагаться в ванне.
– Хорошо, – каменным голосом заявила Элеонора, – отъезжай от места происшествия, найди телефонную будку и, не называясь, скажи все, что надо.
"Следующие полчаса я, ощущая себя настоящим преступником, тщательно заметал следы. И если с уничтожением отпечатков пальцев справился легко, то с окурками все оказалось не так просто. В комнате было полно блюдечек и консервных баночек, забитых чинариками. Я, естественно, не помнил, куда запихивал остатки «Мальборо».
Не желая сортировать бычки, я просто вытряхнул все пепельницы в найденный полиэтиленовый пакет и унес его в «Жигули». Будку я отыскал в центре, возле магазина канцтоваров «Комус», там же швырнул в урну кулек с окурками и набрал 02.
– Семнадцатая, милиция, слушает.
– Здравствуйте, – сказал я, – запишите адрес.
– Зачем? – строго поинтересовалась диспетчер.
– Там находится в ванне труп девушки, Анастасии Королевой. Несчастная утонула.
– Слушаю.
Я сообщил необходимые координаты.
– Кто говорит? – донеслось из трубки.
– Благонадежный гражданин.
– Кто? – повысила тон женщина. – Имя, фамилия, адрес проживания.
Я молча отсоединился и пошел в машину.
Вся эта история начинала мне нравиться все меньше и меньше. До сих пор я еще никогда не утаивал от милиции какие-либо сведения о себе.
Выслушав мой отчет, Нора забрала диктофон и сказала:
– Прекрасно, иди обедать. Завтра продолжишь.
Решив расставить точки над «i», я попробовал посопротивляться:
– Нора, мне совершенно не по душе то, чем я занимаюсь, не говоря уже о том, что выступать в роли анонима совершенно противоречит всем моим моральным принципам.
– Иногда, – спокойно заявила хозяйка, – приходится поступаться принципами.
– Но до сих пор у меня не было нужды делать это!
– Все когда-нибудь происходит в первый раз.
– Мне это не нравится…
– Вава, – прищурилась Элеонора, – если хочешь уволиться, милости прошу.