Люди, осаждающие редакции и издательства с криком: «Напечатайте!», не имеют никакого отношения к графоманам. Это жаждущие славы и денег…
– Эй, Вава, – продолжала орать Рита, – не дуйся, котик! Пошли тяпнем пива на проспекте!
Я повернул голову в ее сторону и хотел уже было ответить: «Ты же знаешь, я не люблю спиртного», – но в ту же секунду слова застряли у меня в глотке.
Из-за угла на бешеной скорости вырвалась роскошная черная иномарка, лаковая, блестящая, с приподнятым багажником и тупым носом. Что-то в ней показалось мне странным, но что, я не успел понять, потому что машина на огромной скорости ринулась к Рите.
Девушка лежала на спине, широко разбросав руки и ноги, голова ее была повернута на сто восемьдесят градусов, лица я не видел, впереди парадоксальным образом оказался конский хвост из роскошных кудряшек, и в темноте было заметно, как быстро растекается под трупом черная глянцевая лужа.
"Откуда ни возьмись появились люди, понеслись сочувственные возгласы, охи и ахи, мне же на голову словно опустилась толстая, меховая шапка, и предметы отчего-то потеряли четкие очертания. Прибыла милиция, один из патрульных оглядел кучу вещей, вывалившихся из сумку на мостовую, и крикнул:
– Похоже, паспорта нет, оформляй как неизвестную!
Тут какая-то сила разжала мои челюсти, и я просипел:
– Ее зовут Маргарита Родионова…
– Вы знаете погибшую? – обрадовался представитель закона.
Я кивнул. Милиционер окинул меня взглядом и неожиданно проявил сочувствие:
– Идите в патрульную машину.
Я покорно влез в бело-голубой «Форд», ощущая странную отупелость.