Не хотел ей преподносить подарок в виде замужества со своим… любимым, – произнес это как самое грязное ругательство. – А сейчас готов. Отболело. Но…
– Что «но»?
– Теперь она не хочет разводиться, – хмыкнул он. – Детей видеть хочет. Скучает.
– И по тебе?
– Ну это вряд ли, – тихо рассмеялся Ник. – Оля никогда не призналась бы в этом, даже если бы так и было, но в нашем случае… – он только отрицательно головой покачал.
Он любит ее. Я просто ощутила это. Любовь изломана и покорежена, но жива. Возможно, я ошибалась, но интуиция подсказывала, что нет.
– Ну а у тебя, Наташа, что произошло?
Я сразу сникла, вспоминая все, что на меня навалилось. Даже не знала, как уместить это в несколько предложений.
– Мой муж изменил мне с бывшей, когда узнал, что у них общий сын. Почти первоклассник.
Ник остался поразительно спокоен.
– Он утверждает, что не знал о ребенке. Что меня любит. Что хотел забрать мальчика к нам…
Снова никакой реакции, только вежливое внимание.
– Рома полгода обманывал меня. Занимался той семьей. Ничего вокруг не видел, а теперь очнулся… Прощения просит. Развод давать отказывается.
– А ты любишь его? – только и спросил.
– Люблю, – ответила искренне. Почему-то было легко. – Но не верю ему. Раньше думала, что мы единое целое. Доверяла как себе. Больше, чем себе! А вышло… – я покачала головой.
– Делай как чувствуешь и никого не слушай. Я сам не сильно склонен к прощению. Нечего посоветовать, кроме этого. Но, – Ник взял мой телефон, лежавший на столе, и вбил туда свой номер, – если нужна будет жилетка или просто скучно, звони.
– Почему?
– Что именно?
– Почему мы ведем этот разговор? Ты не похож на мужчину, который готов слушать о чужих проблемах и сам изливать душу.
– Не знаю, – улыбнулся Ник, – Ты красивая женщина.
Я распахнула глаза. Это комплимент или?..
– Да, я это заметил еще на площадке, когда ты с дочкой ушла, щелкнув меня по носу. Но ты другая, Наташа. Мягче. Ты умеешь любить. Она была бы такой же, если бы тоже умела.
– А тот мужчина? Она разве не любит его?
Ник саркастично улыбнулся.
– Это каприз. Пустой и детский.
Он поднялся и сам расплатился за наш кофе. Потом проводил домой.