Он продолжал то играть, то наблюдать, внимательно следя за репликами, которыми обменивались игроки и вслух, и в чате, не только надеясь услышать что-то о гибели Колосенцева, но и пытаясь уловить, какие свары и конфликты, на какой почве и насколько серьезные могут возникать во время игры, и оценить их как повод для расправы. Вот, например, то, что пришлось выслушать новичку Чаку Норрису… Ведь иной за такие слова действительно может убить. А Генка мог кого угодно «опустить» точно так же, как он постоянно «опускал» Дзюбу.
Глаза слипались, и приходилось взбадривать себя то умыванием ледяной водой, то порцией мороженого, которым Роман предусмотрительно запасся по пути домой. Проводив Лену, он снова вернулся к общаге и еще долго осматривал близлежащие улицы, закоулки и дворы в надежде найти гаражный комплекс, подходящий под описание из записки, найденной у Геннадия.
– Что-то Телескопа не видно, – заметил кто-то из игроков. – Он со снайпой лихо управляется, очень бы нам сейчас не помешало, а то этот гаденыш Аватар засел на башне и весь угол держит, не прорвешься никак.
– Ага, – поддакнул другой голос. – Пропал куда-то, раньше он играл каждый божий день, ни одного дня не пропустил, а теперь не приходит на сервак, а жалко, игрок он неплохой.
– Да отличный он игрок!
Геймеры активно включились в обсуждение, теперь в наушниках звучали самые разные голоса:
– Не знаете, может, заболел или случилось что?
– Да что может случиться-то?
– Ну, кто его знает, вон Пуму убили, тоже ведь никто не ожидал.
– Да ладно, Пума опером был, у него работа такая, в любой момент могут убить, а Телескоп у нас кто?
– А фиг его знает. Мы не спрашивали, а он сам не говорил.
– И вообще, может, это и не мужик, а дамочка, он же молчал всегда, помните? Только в чате отписывался.
– А, ну да, точно, у него микрофона не было, так что вполне может быть, что и женщина.