Последний рассвет

Он любит сложные ассоциативные связи, а незабудка – это очень уж в лоб. И потом, незабудки на траурных изделиях в девятнадцатом веке делали либо из половинок жемчужин, либо из бриллиантов. Работать с бриллиантами он не любит, а на жемчуг Цырков ни за что не согласится, он наверняка хочет, чтобы подарок в память о Курмышове получился дорогим.

– Вы не возражаете, если я подумаю над использованием в изделии слова «Mizpah»? – спросил он.

– А что это? – вскинул брови Цырков.

– Это слово означает эмоциональную связь между людьми, которые разлучены, – пояснил Алексей Юрьевич, – и в девятнадцатом веке очень часто использовалось в ювелирных изделиях.

Правда, как правило, со смыслом: «Я всегда буду рядом с тобой». Но мне кажется, что в рамках поставленной вами задачи это более чем уместно. Как ты думаешь, Илюша?

Горбатовский недовольно нахмурился, потом лицо его внезапно прояснилось, глаза сверкнули.

– Хорошая идея, Алёша. Я поддерживаю.

Вот, значит, как! Быстро сориентировался Илья.

Он-то прекрасно знает канонический текст: где бы ты ни был, какой бы дорогой ни шел, в богатстве и славе или в отчаянии и болезни, я всегда буду рядом с тобой. Илья подарит изделие, сделанное Сотниковым, своей Карине с вполне определенно читаемым посылом: я, твой отец, всегда буду рядом с тобой, ты всегда найдешь во мне защиту, поддержку и утешение.

И никакого Лёни Курмышова…

Антон Сташис медленно шел по направлению к детской поликлинике. Надо пробовать… Эля назвала двух врачей, они, правда, работают в разные смены, но хотя бы с одной из них можно сегодня познакомиться.

Это же нормально, когда отец ребенка приходит к педиатру поговорить о здоровье малыша, правда? Ничего подозрительного. Отец – человек занятой, в поликлинику Степку приводит няня, она же и с врачами общается. А он хочет получить информацию из первых рук. Все нормально. Может, окажется, что эта женщина не очень противная… Или даже совсем не противная…

Нет, как-то это мерзостно. Гадостно. Неправильно.

Но что же делать-то?

Из задумчивости его вывел резкий звук автомобильного сигнала. Антон покрутил головой и увидел, как чуть впереди притормаживает у тротуара машина. Чего он сигналил-то? Идет себе по тротуару человек, никого не трогает, ничего не нарушает.

– Сташис! – послышался знакомый голос.

Из машины выскочил Владислав Стасов, тот самый владелец частного детективного агентства, для дочери которого Зарубин искал старый учебник криминологии.