Ей так нравились занятия, что она даже дома тренировалась не в обычной спортивной одежде, а в кимоно.
– Не могу заставить его взять книгу в руки, – пожаловалась Эльвира Антону. – Нет – и все. А читать вслух надо непременно. Вот нашли компромисс.
Антон прислушался, но так и не понял, что именно читает его шестилетний сын. Сам он в этом возрасте читал про Незнайку и про приключения Элли и ее друзей в поисках Изумрудного города. Сейчас же все изменилось, и книги уже не те, и читают их на компьютере. Мальчик читал бегло, без запинок, но и без выражения, видно, содержание ему совсем неинтересно, просто повинность отбывает, потому что послушный ребенок.
– Вас покормить? – спросила Эля. – Ужин готов.
– Не надо, занимайтесь, я сам.
Он разогрел стоявшую на плите еду и принялся медленно жевать. Надо собраться с силами и поговорить с Элей, надо прояснить ситуацию до конца, невозможно так мучиться неизвестностью и не понимать, что будет дальше. В конце концов, если все совсем плохо, то надо начинать искать возможности как-то решить проблему.
Он так и сидел на кухне, вытянув длинные ноги и прикрыв глаза, пока не пришла Эля, закончив со Степкой урок чтения.
Антон решился:
– Эля, у вас роман?
Няня усмехнулась и кивнула, усаживаясь за стол напротив него.
– И кто он, я могу спросить?
– Мой сосед, живет через два дома от меня.
– Женат? Или холост?
– Женат. Но собирается разводиться.
– Это он вам так сказал?
Эля помолчала, потом резко подняла голову.
– Антон, я понимаю вас. Вы думаете, что меня завлекли разговорами о будущем разводе и морочат мне голову.
«Ну-ну, – недоверчиво подумал Антон. – Знаем мы эти разводы».
– И вы ночевали у своего возлюбленного, когда опоздали на работу в четверг?
Эля смотрела на него спокойно и прямо, и ни следа смущения на ее лице Антон не заметил.
– Нет, я действительно ночевала не дома, но и не у него.
Сердце Антона ухнуло и остановилось. Вот и все. Больше никакой надежды. Если женатый мужчина возит свою подругу на семейные праздники к друзьям, вместо того чтобы ехать туда с законной женой, да еще и ночевать там остается, то дело серьезное, легко не рассосется.