Это ощущение, что меня внимательно рассматривают, заставляло меня чувствовать себя еще более уязвимой и одинокой в этом чужом и блестящем доме, похожем на огромное живое существо.
Старшая женщина тепло улыбнулась Марату, она с радостью раскрыла перед ним объятия. Его улыбка расцветала, когда она целовала его и крепко обнимала, а затем он так же сердечно поздоровался с двумя другими женщинами. Обернувшись ко мне, он представил:
- Познакомься, бабуля, это моя жена – Алиса. Алиса, - это моя бабушка Зулиха, это мои двоюродные сестры это Лаура, а это Мадина.
Лаура была чуть выше своей сестры, худощавая, большеглазая с крупным носом и тяжелым подбородком, но в совокупности ее лицо привлекательное и яркое, а Мадина ниже ростом, плотная, фигуристая, лицо круглое, глаза чуть раскосые. Симпатичная и свежая. Она смотрела на меня с нескрываемой злостью. Старшая женщина медленно окинула меня взглядом с ног до головы, не произнеся ни слова в ответ.
- Это Алиса и она моя жена. Я бы хотел, чтоб к ней относились с уважение, бабушка.
Старшая женщина, казалось, с трудом выдавила из себя улыбку и произнесла:
- Здравствуй, дочка. Я была слишком рада приезду внука... Надеюсь, ты не устала с дороги?
Ее слова звучали обязательно, но в то же время я почувствовала в них некоторую дистанцию. Мне было сложно разгадать истинные эмоции, скрытые за вежливым фасадом. Мне казалось, что я оказалась в центре сложных семейных отношений, где каждый жест и каждое слово имели глубокий подтекст, который мне еще предстояло понять.
А потом она грозно посмотрела на внука.
- Я бы отнеслась к ней с почтением если бы ты привел в дом мусульманку! Если бы накях состоялся здесь в нашем доме, если бы свадьба была такой, как положено. А ты привел незнакомку в наш дом! Ты хочешь почтительности? Уважения? К кому?
- К моей жене. Уважай мои решения. А теперь я переоденусь с дороги и хотел бы поужинать теми блюдами, что ты для меня приготовила.