Варвара, скорбно поджимая губы, тоже молчала. Вот так и вышло, что Маргарита ни о чем не узнала.
Лиля ходила в институт, а все свободное время проводила в библиотеке или в своей комнате – готовилась к семинарам.
Говоров возвращался с работы только к ночи, Маргарита вдруг стала прилежно ездить в свою заброшенную было библиотеку: все-таки какая-то отдушина, можно спастись от зрелища этой беременной твари, которую Маргарита ненавидела лютой ненавистью и другими словами про себя не называла.
Той было скучно… Варвара на нее шипела без всякого почтения, Лиля ограничивалась только «здрасте – до свиданья», даже о здоровье никогда не спрашивала…
Зато Динара отводила душу, подслушивая под ее дверью и помирая от злорадного смеха: все думают, что Лиля занимается, а она, уверенная, что никого нет рядом, дни напролет слушает звуковое письмо Сергея и даже что-то бормочет ему в ответ.
Сумасшедший дом, а не Дом с лилиями!
– Я очень хочу тебя увидеть… – снова и снова раздавался из проигрывателя голос Сергея. – Услышать, что ты меня полжизни любишь! Я уже месяц учусь на подготовительном, на литфаке, и работаю внештатным корреспондентом. В общагу прихожу только спать. Живем весело и дружно!
– Весело ему! – буркнула Лиля, сидевшая на диване. – Обхохочешься!
– Постараюсь вырваться к тебе зимой, – обещал счастье голос Сергея, – на каникулы.
Дверь медленно открылась. Тяжело ступая, держась за стенку, вошла Динара.
– Не надоело его болтовню слушать?
Лиля не ответила: дослушивала последние слова Сергея:
– Целую тебя, до встречи!
– Три недели прошло, – хмыкнула Динара, – а ты все убиваешься!
Пластинка остановилась.
– А тебе чего? – хмуро спросила Лиля.
– Началось у меня! – взвизгнула Динара. – Чего? Схватки! Давай это… вези в больницу, дома нет никого!
Лиля до смерти перепугалась, помогла Динаре лечь:
– Сейчас я отцу позвоню, он машину пришлет!
– Ой, мамочки, мне страшно! – застонала Динара.
– Не повезу я тебя сама, – Лиля бросилась к телефону. – Мало ли что еще случится!
Крики Динары разносились по всему дому…
Егорыч приехал быстро.