Нет, поняла Тася, не для того, чтобы приласкать – чтобы не пустить к Лиле!
– Пусти, пусти! – Она ударила его в грудь кулаками, потом, вдруг ослабев, закрыла лицо руками.
– Хорошая моя, – твердил Говоров, чувствуя, что побеждает, – ну нельзя же вот так, при всех, разрушить все жизни разом! Лилькину, Котькину, Риткину, мою! Тася!
Тася тяжело сглотнула. Они чужие… он рад, конечно, что Тася осталась жива, но сейчас небось подумал: «Да лучше бы она никогда не появлялась!»
Усмехнулась, глядя на Маргариту:
– Это жена твоя?
Говоров кивнул виновато:
– Да.
– Красивая, – прохрипела Тася. – Куда мне!
Михаил не спорил, только пробормотал беспомощно:
– Тасенька… хорошая моя… мне идти надо. Тебя сейчас отвезут в гостиницу, а завтра мы обязательно встретимся и поговорим, да?"
"Прижимая ладонью дрожащие губы, Тася отвернулась и покорно пошла к той щели в заборе, через которую пробралась сюда.
Говоров сжал руками голову. В висках стучало, и горло распирал комок. Он вздохнул:
– О господи! – и пошел напрямик к дому.
А Тася не выдержала – вернулась.
Вернулась… и тут же пожалела об этом, увидев, как обнимает Михаил и Лилю, и Маргариту. Как дарит дочке куклу, которую привезла ей Тася. Как они идут к столу, где ждут гости.
Тася протянула руки к дочери и тотчас бессильно стиснула их. Не было, ну не было у нее сил броситься на лужайку, обнять Лилю, выкрикнуть: «Она моя дочка!» Это было бы… это было бы так, как если бы она швырнула гранату в центр этого маленького веселого кружка счастливых людей.
Нет! Это было бы подобно взрыву той бомбы, после которого Тася потеряла Лилю и очнулась одинокой и не нужной никому на свете.
Если бы знать, что Лиля обрадуется, кинется к ней, закричит: «Мамочка, наконец-то ты меня нашла!» Но обрадуется ли она? Или с ужасом посмотрит на какую-то незнакомую женщину – полуглухую, тощую, страшную, поседевшую?.. Бросится к Маргарите, вцепится в ее нарядное платье, закричит: «Мамочка, не отдавай меня!»
Нет, такого испытания Тасе не пережить…
И она, ничего не видя от слез, пошла прочь, кое-как, ощупью, нашла пролом в заборе и почти в обмороке ввалилась в распахнутую дверцу «Победы».
* * *Маргарита нетерпеливо ждала мужа. Золотые волны волос лежали на точеных плечах, черная комбинашка обтягивала стройное тело, натянувшись на груди. Проводя надушенным пальцем по шее, Маргарита загадочно улыбалась своему отражению.