– Они просто вышли из эфира.
– Может, питание?
– Исключено. Батареи свежие, сигнал был четкий, не затухающий. Последующие часы мы пытались связаться с ними, но безрезультатно.
Задача связиста – донести информацию до Центра. Связь обрывается в случае опасности или во время провала. В противном случае они сумели бы поставить под шифровкой псевдоним. Теперь вопрос стоит иначе: жив ли Бессарабов и что случилось с радисткой?
– Когда следующий сеанс связи?
– Запасной сеанс связи сегодня в семь часов вечера.
– Доложите мне о результатах.
– Есть!
Оставшись один, Александров поднял трубку:
– Майор, коридор «Ц» у Хмельного под твоим контролем?
– Так точно, товарищ полковник, – бодро отозвался молодой голос.
– По этому коридору в ближайшие часы должен пройти человек. Встретишь его как подобает. Выслать ему навстречу для подстраховки разведгруппу. И чтобы в ближайшие сутки в районе коридора ни одна пуля не пролетела! Тебе все понятно?
– Так точно, товарищ полковник.
Александров положил трубку. Тревожное настроение буквально взяло его за горло. При варианте «Ц» должен быть задействован прифронтовой разведчик, служивший в Шестом управлении СД. Его преимущество заключалось в том, что он имел возможность беспрепятственно проходить через все посты, а также имел свободный выход к линии соприкосновения. Переходом «Ц» за все время его существования воспользовались всего лишь три раза. В последний раз проводник находился на грани разоблачения.
Подняв трубку ВЧ, полковник сказал:
– Это Александров… Соедините меня с Главком.
– Соединяю, – прозвучал короткий ответ.
* * *Через час и пятнадцать минут в штабе армии должно было состояться совещание.
Вошел Кузьмин:
– Товарищ полковник, пришла шифровка из Центра.
– Давай ее сюда.
Русовой уверенно вытряхнул из конверта содержимое и углубился в чтение:
«Начальнику военной контрразведки
91-го стрелкового корпуса
полковнику Русовому Е. М.
от начальника 3-го отдела
ГУКР СМЕРШ НКО СССР"
"полковника Утехина Г. В.
Приказываю
Сегодня в интервале с 22.00 до 5.