Она закрыла глаза, сдерживая крик, и опустила руки. Зло победило.
Лику бесцеремонно тащили по алее, через которую Глеб несколько часов назад внёс в дом. Она пыталась ослабить захват твёрдой ладони до боли сдавившей запястье.
– Отпусти, сволочь! Тебе придётся за это ответить! – она в сотый раз прокричала про себя «Глеб», прекратив делать это вслух.
– Сам знаю, – охранник недовольно бурчал под нос. – Может то, что вовремя тебя поймал, облегчит наказание. Обидно из-за придурочной сучки остаться без премиальных.
Сколько не злись на грубость, но парня можно понять.
– Идиот! Тебя уволят!"
"– Заткнись! – он с остервенением вдавил её в дверь будки у ворот. – Сейчас здесь ответишь на все вопросы. Пусть начальник решает в полицию за воровство тебя отправлять или назад в психушку!
Они дружно обернулись на звук отъезжающих в сторону ворот.
Здоровяк с сожалением прошептал:
– Не успел…
Лика, сквозь яркий свет фар пыталась разглядеть, кто сидит в «Мерседесе».
– Чья это машина? – оставалось надеяться, что там сидит Глеб.
Охранник зло хмыкнул:
– Твоего жениха.
Неожиданно вывернувшись, со всей силы рванулась вперёд. Расслабившийся охранник не смог её удержать. Она выскочила перед машиной и, размахивая руками, громко заорала:
– Глеб, Глеб! – крепкие руки больно схватили сзади за плечи и потащили назад.
Автомобиль остановился. Водительская дверь резко распахнулась.
– Руки от неё убрал! Сука! – Глеб выскочил наружу.
Удар в челюсть, от которого охранник сложился пополам, освободил девушку от захвата.
– Что происходит? – Аксаков сверкал глазами. – Почему ты на улице? – Он посмотрел на ноги блондинки: – Что за чёрт! Ты же болеешь!
Лика без сил начала оседать на землю.
Глеб успел подхватить её на руки
– Лика, держись! Где медсестра? – он огляделся по сторонам, словно та дожидалась в кустах.
– Глеб Фролович, я не знал. Мне сказали, что она воровка! – Гундел шедший на шаг позади охранник. – Думал, она врёт, что ваша невеста. Ольга Фроловна видела её, но ничего не сказала. Кира Геннадьевна ждёт вас в доме.