Пока ваша третья личность не проявляла себя, поэтому, смею предположить, что ее нет, но возможно все.
– Двадцать четыре личности…бред. Бред. Это просто театр. Так не бывает. Этот Билли всех обдурил.
– Поступки Деймона…чудовищны. Он очень опасен. Я думаю, вы понимаете, что это и ВЫ тоже, и только вы несете ответственность за действия, что совершает ваше тело. Кай, Деймон это всего лишь ваш детский щит, это тот человек, которого вы создали внутри себя, чтобы пережить трагедию. Пережить что-то ужасное. Пятилетний Кай создал своего рода защитный механизм, который скроет травмирующие, болезненные события, произошедшие с ним.
"Как бы там ни было, первое что вам нужно будет сделать, это вспомнить и принять то, что произошло с вами в ту ночь. Вспомнить, кай. и принять. Это было. Было. Это было…Нужно взять на себя этот груз воспоминаний. Взрослому человеку это по силам. Ребенку – нет. У ребенка произошло расщепление, но вы…вы можете защищаться.
– Не могу. Я не хочу это вспоминать! Не хочу! Вы бы видели, что стало с моей мамой… – я чувствую, как сердце сгорает от боли. Вспоминаю бледное лицо своей матери и пустой блуждающий взгляд. Он иссушил ее. Уничтожил.
– Чувство вины, оно мешает вам…
– Заткнитесь!
– Но вы…
– Не виноваты…
– Заткнись! Заткнись! – меня начинает трясти, в голову врезается новая порция адской боли, которую вынести невозможно. уши давят на виски, извилины завязываются в тугой узел.
Я отключаюсь.
Иногда мне удается быть сторонним наблюдателем и будто издалека смотреть за тем, что творит Деймон. Это похоже на страшный сон.
Я не контролирую это. Перед глазами маячат картинки девушек, которых я избиваю черным стеком, а потом…они избивают меня. Его заводит причинение боли и получение ее.
Признаюсь, мне тоже это нравится, но совершенно не в таких масштабах. Он безумен. Я – нет. Я нормален, я адекватен, я, блядь, совершенно здоров.
Я не контролирую это…не контролирую то, как держу пистолет и направляю его на человека. не вижу лиц, не помню имен. Лишь отголоски, лишь тонкие и неуловимые образы, которые вспомнить невозможно.
Это другой мозг, другой человек в моем теле. Это невероятно, и я не хочу в это верить. Но сеансы с Лидией все больше убеждают меня в этой правде, правде, от которой я бежал столько лет.
Деймон был моим другом в детстве.