– Смску? Так я не получила, ты ж у меня в бане был, – смущенно отвела глаза.
– Настоящее, Ясь. На бумаге.
– Ох, да иди ты! И где оно? – нахмурилась.
– В Китае тебя найти пытается, – и она расстроено закатила глаза, а я рассмеялся, – предки сказали, что ты не вернешься еще год и я решил излить свои чувства на бумаге, как пресловутый Пьер Безухов.
Губы надула, и я дурашливо потрепал ее по голове.
– Там все тоже, что я тебе сегодня рассказал, Ясь, – утешительно улыбнулся я ей.
– Хочу письмо, – улыбнулась и легонько укусила меня за скулу и от этого ее привычного жеста в сердце заныло, но теперь уже спокойно, а не с тупой, пульсирующей болью.
– Я напишу тебе новое. Хочешь?
– Хочу.
И тут же мы оба вздрогнули, прежде чем опять погрузиться в долгий, сладкий поцелуй.
– Дети! – заорал с кухни мой отец, – Чай!
– Да, чтоб его, – скривился я, но все же подхватил Ясю и потянул в нужную сторону.
И, Господи, Боже, как же она стеснялась. Красная, как спелая помидорка, сидела напротив меня и ожесточенно нажевывала нижнюю губу.
Светлана улыбается.
Мой отец тоже.
Я так вообще на восьмом небе от счастья.
А эта вот – посмотрите.
– Ну, Ян? – нарушил тишину мой родитель.
– Что? – в упор посмотрел я на него без тени смущения.
– Расскажи-ка мне, что ты будешь делать будущие два года пока Славка будет учиться в Китае, – и моя девочка тут же вскинула на меня испуганные глаза. Ага, уже и забыла, как строила наполеоновские планы.
– Какой странный вопрос ты задаешь мне, пап, – а сам смотрю только в глаза Ярославы, что суматошно шарят по моему лицу, – я буду рядом с Ясей.
Нерешительная улыбка, вспыхнувший взгляд и она говорит то, что я никак не ждал услышать.
– Не будет никакого Китая, Ян.
И мы оба понимаем, что это значит. И остаток так называемого чаепития из нас получается выдавить разве что только «угу» и «ага». Мы просто смотрим друг на друга и мечтаем поскорее смыться из этого дома. А потом окопаться подальше от родителей и утонуть в наших чувствах.
– Паш, да отстань ты от них со своими дурацкими вопросами. Ну что ты не видишь? Любовь у наших детей, ну?
– Да уж как тут не увидеть, – форменно ржет мой папаша, вгоняя Ясю в очередной приступ красноты и стеснения.
Решительно отставляю чашку, встаю на ноги и прикладываюсь ладонями к крышке стола.
– Ну, раз тут всем все понятно, тогда мы спешим вас покинуть, дорогие вы наши родители. Ясь, все, поехали.