Из-за присутствия Арпада с его непринужденностью и поразительной способностью отказаться от запланированной утренней пробежки ради чашки кофе. У Грега вся жизнь подчинялась жесткому расписанию и непреложным обязанностям. Дети, работа — ни на что другое просто не остается времени. А стоит ему взять несколько дней отпуска в счет переработки, как Карин найдет, чем его занять: то отправит за покупками, то попросит починить мебель или отвезти Сэнди к ветеринару.
Арпад пил кофе и что-то говорил, но Грег не слушал, только смотрел на него во все глаза.
— А ты как думаешь? — Вопрос Арпада вернул его на землю.
Грег понятия не имел, о чем речь. И ответил:
— Думаю, что мне бы стоило больше походить на тебя."
"— В смысле? — рассмеялся Арпад.
— Чтобы жизнь не была расписана по минутам, чтобы платили больше, ну вот это все!
— Не волнуйся, у меня тоже мороки хватает, — охладил его Арпад.
— Я не только про работу. Про семью тоже…
— Там тоже не одни сплошные розы. Где детки, там и бедки. Да и с Софи, бывает, цапаемся.
«Рассказывай, — подумал Грег, — а то я не знаю, как она тебя будит по утрам».
— Между прочим, у Софи ровно через неделю день рождения, сорок лет, а у меня до сих пор подарка нет. Предложения приветствуются.
— Нужно что-то не хуже. — Грег показал на запястье Арпада с золотым «Ролексом».
Тот промолчал.
— Будете дома праздновать? — спросил Грег.
— Не знаю. Софи говорит, что не хочет забивать себе голову. На выходные поедем к ее родителям в Сен-Тропе, отпразднуем в семейном кругу.
Грег, взглянув на циферблат «Ролекса», встал:
— Мне пора бежать.
— Мне тоже. Иди, я расплачусь за кофе.
Арпад рассчитался, потом все-таки заставил себя пробежаться. Вернулся в Стеклянный дом, сходил в душ, переоделся в костюм идеального покроя и отбыл на своем «порше». Он уже не первый день ломал голову из-за сорокалетия Софи: ему хотелось подарить ей что-то неповторимое, оригинальное, чтобы символическая цена подарка была выше денежной.