- А ты не думала, что ему просто так удобно? Он вроде как не против, но против ты, и слава Богу, и гора с плеч! И совесть чиста, и ребенка твоего кто-то воспитывает! Очень удобно! – предположил Дима.
- Я не знаю, возможно, ты в чем-то прав, - пожала плечами Ольга, - Но каждый месяц он переводил деньги на счет, я никогда их не снимала и сейчас там очень внушительная сумма, ты можешь ими воспользоваться.
- Да нет уж, спасибо, как-нибудь обойдусь. Скажи ему, что я не хочу с ним знакомиться.
- Да, ты прав, у него есть сын – Илья, твой брат, он младше тебя примерно на два с половиной года, а жена у него погибла, и он сейчас один воспитывает сына.
- И что? Мне может его еще пожалеть? Я его видеть не хочу.
- Сынок, послушай меня, - наконец взял слово Костя, - Я тебя понимаю, в тебе говорят обида и гордость, но может получиться так, что, однажды, когда его уже не станет, ты пожалеешь, что не увидел его, не узнал.
- И что тебя это никак не заденет, если я пойду с ним встречаться?! – удивился Дима, воспринимая эту встречу своего рода предательством.
- А почему это должно меня задеть? Разве это как-то изменит наши с тобой отношения? Лично для меня ты все тот же мой ребенок, но ты имеешь полное право общаться со своим родным отцом.
- Ты – мой самый что ни на есть родной отец! Я так гордился, что похож на тебя! И дед – не мой дед?! Мы же когда рыбачили, он говорил, что я точно как он закидываю удочку, что я весь в «вашу породу», а выходит, что нет?! Я из породы трусливых кобелей! – не сдерживая злости, выпалил Дима, с трудом сдерживая подкатывающие слезы.
- Знаешь, гены, конечно, что-то определяют, это факт, но воспитание никто не отменял, по большей части мы такие, как нас воспитывали, что в нас вкладывали. И я, и твой дед, а я настаиваю на том, что он – твой дед, поскольку и бабушка и дед, с первого дня приняли тебя как родного, мы считаем тебя продолжением нас, нашего рода. Понимаешь? Я вложил в тебя все, что только мог вложить в своего сына.