Возникли подозрения, что в компьютерные системы проник вирус, причем на Земле таких технологий ни у кого не могло быть.
На этом фоне пошли разговоры, что повлияли не только на правительственные сервера, но и на высших чиновников. Хотя спешно приглашенные эксперты из числа старателей разводили руками — мол если кто и вмешивался в разум президента и министров, то сделал это слишком искусно, а следы давно исчезли. Мол раньше надо было думать о защите…
В общем, прямых доказательств как бы не было, но непрямых — просто море, поэтому семена сомнений быстро проросли в уверенность, что пришлые их надули.
Пришлось вмешаться военным и часть скомпрометированных чиновников — то есть почти всех министров — заменили, а президента объявили больным и назначили на его место исполняющего обязанности, опять же из числа военных. Фактически Кевин и его друг Яков Бортелло — руководитель научного департамента — являлись редким примером высокопоставленных бюрократов, сохранивших свои позиции.
Однако простой заменой части руководства проблему Слияния не решить. Бегство Фареса вызвало сильную тревогу, да и непонятная ситуация с буферной зоной спокойствия не добавляла.
Посвященные в ситуацию ожидали худшего…
Ясное дело, правительство не могло позволить настолько опасной информации о собственных промахах и фактически сорванном договоре с пришлыми просочиться в прессу, однако обрыв связи с Другой стороной они скрыть тоже никак не могли.
Невозможно игнорировать блокаду миллионов старателей в мире-изнанке."
"Пришлось объявить о временных неполадках, что мгновенно повысило напряженность в обществе, ведь люди идиотами не были. Блогеры, журналисты и просто «авторитетные» ребята тут же заявили, что причина бардака надвигающееся Слияние, а правительство им нагло врет.
Что характерно, в данном случае теория заговора оказалась единственно верным объяснением. Вероятно поэтому ей поверили широкие массы…
Тут и там возникали митинги и протесты, их организаторы и участники получали огромные штрафы к рейтингу, но похоже это мало кого волновало.
К сожалению, идей что теперь делать ни новый «временно исполняющий обязанности президента» ни другие высшие чины не знали. Слишком сильно предыдущее руководство надеялось на Фарес, слишком сильно прислушивалось к медовым речам Кошрара.