— Кирстан, я прошу прощения, что, возможно, покажусь грубой, но я не приму цветов. Никаких. У меня есть жених, и ваше внимание меня компрометирует.
Эльф покраснел, цветы убрал за спину, но сам не ушел.
— Магистр Скаэлс, я только хотел сказать, если вам вдруг помощь в чем понадобится, можете смело ко мне обращаться, сделаю все, что хотите.
Озадаченно смотрю на Этальби. Что, прямо-таки все? И неужели прямо так сразу чувствами воспылал ко мне? Верится с трудом. А как же неприязнь полевых к другим расам? Или эльф в принципе очень влюбчив, и сегодня у него одна великая любовь, а завтра уже другая?
— Спасибо, я это учту, — вежливо откликнулась я, не став обижать Кирстана сомнениями относительно его слов.
— Да.
Эльф, наконец, ретировался, правда не весь. В двери, после того, как та захлопнулась, остался висеть букет, который прищемило между створкой и дверным полотном. Вздохнув, подошла, приоткрыла дверь, освобождая подарок. Выглянула. Эльфа и след простыл. Осмотрела букет. Цветы выбрасывать жалко, они ведь ни в чем не виноваты.
В общем, цветы поставила в вазочку и на подоконник, подальше от глаз студентов, за шкаф с инвентарем. И, не удержавшись, взяла себе один цветок — белый, простой, но в то же время изящный, с дивным свежим ароматом. Белый бутон удалось приколоть к платью в качестве броши.
После звонка на занятие подтянулся третий курс. Лекция прошла нормально. Тут, мне кажется, сложились уже все факторы — любопытство, подогретое самыми разнообразными слухами, в том числе о моих защитниках, предупреждение со стороны охраны и учителей.
В целом, несмотря на кошмар с первым курсом, вести занятия мне понравилось, да что там, я парила от счастья и удовольствия, наслаждаясь тем, что меня слушают, тем, какая я самостоятельная, взрослая, что справляюсь с тем, с чем, возможно, не удалось бы справиться и мужчине.
После лекции ко мне подошли познакомиться и пообщаться несколько студентов, причем темы были уже не о личной жизни, а о самом предмете, ну и об укладе академии. Мне было очень приятно именно такое внимание, поэтому разговор вышел во вполне дружеском тоне и закончился он только тогда, когда за мной зашел Астан, разогнав одним своим видом всех студентов.