Чёрный снаряд ударил противника точно между лопаток, пройдя через всё тело насквозь. Маг застыл, его лицо исказилось в гримасе шока и боли. Кровавый клинок рассыпался, не долетев до Витаса.
Мой друг обернулся, заметил меня и кивнул в знак благодарности. Затем продолжил командовать обороной, как будто ничего не произошло.
Пришлось бежать за своим артефактом. Я вытащил его из тела поверженного кровяша. Ощутил, как души внутри бьются в тщетной попытке освободиться. Их ярость делала артефакт только сильнее.
Битва медленно, но верно склонялась в нашу пользу.
Я же двигался по полю боя, атакуя особо опасных магов. Заларак в моей руке собирал урожай… чего-то. Нужно будет потом в этом разобраться. Понятно одно: он становится сильнее. Ледяные шипы и ядовитые шары расчищали мне путь, устилая землю телами врагов. Мои пальцы, сломанные во время «дружеского огня» у ворот, всё ещё болели, мешая полноценно использовать магию, но я не обращал на это внимания. Адреналин битвы заглушал боль.
На левом фланге внезапно активизировалась большая группа кровяшей.
Я увидел, как Елена и Вероника бросились им навстречу, но даже их нечеловеческие способности не могли сдержать такой мощный натиск. Перевёртыши начали отступать, уклоняясь от кровавых снарядов, которыми их засыпали враги.
— Туда! — крикнул я Медведю, указывая на место прорыва. — Перебрасывай людей на левый фланг!
Фёдор кивнул и тут же начал отдавать приказы.
Я мысленно приказал Аму и грозовым волкам переместиться на левый фланг, затем сконцентрировался на магии льда. Воздух вокруг моих рук начал кристаллизоваться, образуя тонкую изморозь. Температура резко упала — настолько, что дыхание превращалось в облачка пара. Пальцы немели от холода, но я продолжал накапливать силу.