Они явно не ожидали увидеть меня здесь в одиночку.
Мужикам пришлось обходить мины. Без паучков не получалось просто так пройти безопасными участками, поэтому я привлёк внимание. Охотники помогли двигаться по знакомым им тропинкам между ловушками.
— Что-нибудь происходило, пока меня не было? — спросил у старшего.
— Тихо, господин, — ответил бородатый мужик лет сорока. — Ни одного прорыва кровяшей. Все на пределе, ждут их. Мы думаем, что они готовятся к большому наступлению.
Кровяши сейчас больше заняты борьбой с мясными хомячками, чем подготовкой к войне.
Оставил охотников и двинулся дальше к особняку. Ноги сами несли к дому, а я всё пытался найти внутри себя что-то, что отвечало за мой «второй шанс». В теле, в источнике — никаких изменений, всё по-прежнему.
Как это работает? Нужно ли что-то сделать или оно само подействует? Вдруг требуется какой-то ритуал или активация? А я не сделаю во время опасной битвы, буду рассчитывать, что не умру, а по факту… Ладно, потом с этим разберусь.
Внутренний хомяк молчал. Мы только что получили очень много. Видимо, он так же, как и я, думал и переваривал информацию.
Показался особняк. Окна светились тёплым жёлтым огнём, из трубы поднимался дымок. Почти мирная картина, если бы совсем рядом не стояла вражеская армия в четыре тысячи человек. Но скоро всё изменится…
— Господин, — подошёл ко мне один из командиров отрядов — крепкий мужик с седой бородой. — Странно как-то.
— Может, отступили? — предположил второй охотник — молодой парень с реденькими усиками. — Поняли, что нас не взять?
— Не отступили, — покачал головой командир, — просто готовят что-то масштабное.
— С этим мы как раз работаем. План готов, скоро будет действовать. Что с монстрами? — спросил я, дабы убедиться в том, что поведал затылочник.
— Вот это действительно странно, — поморщился командир.
— Может, кровяши что-то сделали? — предположил молодой охотник. — Артефакт какой поставили?
— Или сами монстры чуют опасность, — добавил третий. — Прячутся перед большой бойней.
Разговоры закрутились вокруг экономических проблем. Охотники начали беспокоиться о своём будущем.
— А на что жить-то будем? — вздохнул один из ветеранов.