Может, это одна из особенностей волков – всегда видеть полную Луну? Или такая возможность была дана только ей - Маре?
«Мара…» - повторился зов.
- Луна! – прошептала девушка. – Как победить Колтона? У него все козыри на руках! А у нас нет ничего! Эрик и Йен – сильные альфы, но они ослаблены из-за ядов, приготовленных дядей! Да и я тоже! И нам неизвестно, сколько еще есть у Колтона в запасе! Истинной пары у дяди нет… либо мы ее не знаем! Даже если бы знали, то когда нам ее искать? Время истекает! Что нам делать, уна (ред.
«Великое дитя… Результат союза двух кланов… Его сила безгранична… Полуволк… Полувампир… Его дух уже там, откуда берет свое начало тело…» - прозвучал загадочный ответ повелительницы волков.
- И где я сейчас его найду?! – чуть ли не завизжала вампирша, не представляя, как она выглядит сейчас со стороны, ведь голос Луны кроме нее никто не слышал. Хотя, остальным членам стаи было вообще не до нее в данный момент. – И что значит «его дух уже там, откуда берет начало свое тело»?!
«В тебе…» - отозвалась Луна.
- Во мне?! Но… как? – вампирша ошалело смотрела в небо, и никак не могла сложить воедино все, что сказала Луна. Ей еще предстояло научиться понимать скрытые знаки и послания королевы ночей.
«Сила в тебе, Мара… Дух в тебе…»
- Дух в тебе… - повторила за Луной вампирша, пытаясь отыскать разгадку в ее словах. -Подождите… великое дитя… Полуволк и полувампир… Это же... наш с Йеном ребенок? – Мара приложила ладонь к животу и судорожно сглотнула.
«Дух не подчиняется законам физики… Дух приходит намного раньше… Он – Варран. И Он – Хазард… Он – волк… И он – вампир… Призови его… Почувствуй его силу…»
Почувствовать силу нерожденного ребенка?! Да что уж там нерожденного? Только что зачатого! Разве такое возможно? Но вампирша не могла устоять против такого соблазна. Ей с трудом верилось, что внутри нее теперь растет их с Йеном дитя, и еще с большим трудом верилось, что это дитя – особенное, и каким-то образом может помочь им в борьбе с врагом.
Она положила вторую ладонь тоже на живот и, закрыв глаза, устремилась глубоко внутрь себя. Настолько глубоко, что только ее зверь мог туда проникнуть. В место, где таилось самое сокровенное – ее душа. Маленький сине-красный сгусток энергии, хранивший память обо всех ее смертях и рождениях, о боли и счастье, о любви и ненависти, что встречалась на пути.