Расчесал пятернёй длинные тёмные волосы и внимательно уставился на меня.
К счастью, сразу за нами зашёл адепт, который нёс саквояж. А ещё здесь, в углу, в ряд стояли все мои чемоданы.
— Эй, Лекс, — окликнул этот «второй». Который Корни. — Занятие уже на…
— Иди, — перебив, отмахнулся истинный."
"Корни подавил усмешку и ретировался. И всё бы ничего, но он ещё и дверь за собой прикрыл.
1.4
— Ключ, — сказал Лекс, глядя на меня неотрывно.
Он протянул небольшой, серебристого цвета ключик, и я, разумеется, взяла.
— Полагаю, тебе лучше присесть, — добавил Лекс.
Полагал он верно, меня ещё пошатывало, однако садиться я не спешила. Для начала ещё раз осмотрела комнату — просторная, светлая, с большими окнами. Из мебели — необходимый минимум в виде шкафа, стола со стулом, небольшого стеллажа, тумбочки и кровати. Не так уютно как дома, но можно жить.
— Спасибо за помощь, — сказала я.
— Всегда к твоим услугам.
Лекс кивнул и продолжил стоять, как вкопанный. Он смотрел пристально и улыбался так, словно действительно рад.
— Ты симпатичнее, чем ожидал.
Столь тонкий комплимент я встретила невольной улыбкой. Хотелось ответить: «спасибо, ты тоже не такой уж страшненький», но меня учили быть культурой. Единственное, что мне действительно не нравилось — наяву Лекс был лучше, чем во сне.
Чистая гладкая кожа, благородные черты лица, ясный взгляд, твёрдые губы, плечи эти широкие…
Я тряхнула головой, а он…
— Так о чём ты хотела поговорить?
Мм-м…
Вообще, после ситуации с мастером Норгом, мысли из моей головы выдуло.
Да и отношение к нашему союзу… Так ли важно донести до Лекса, что я по этому поводу думаю?
В любом случае, прямо сейчас разговор был неуместен.
— У тебя занятия, — напомнила я.
— У меня всегда занятия, — хмыкнул в свою очередь Лекс.
Что ж, ясно. Но поднимать важные темы я всё же не стала. Тогда Лекс сказал о другом:
— Тебе нужно зайти в учебную часть.
— А сама не найду?
Лекс посмотрел, как на глупышку.
— Зачем «сама»?
— Ну, я вообще-то взрослая девочка, — сообщила осторожно. — А это не дикий лес. Меня же здесь не покусают?
Серьёзности на лице истинного было чуть меньше, чем ноль.
— Взрослая? А тебе, кстати, сколько?
— Восемнадцать с половиной, — напомнила я.
Да, именно напомнила, потому что не знать мой возраст жених не мог.