Обедали мы, кстати, вместе, и вот, после обеда, я дождалась.
Мы поднялись на верхний этаж, в супружеские покои. На пороге меня поймали и обняли, заставив упереться ладонями в широкую грудь. Теперь муж аккуратно направлял к кровати. Думать о чём-то кроме предстоящего процесса не получалось, и тут какая-то академия.
Что там? Как? Для чего?
— Про дубинку страсти, — хрипло, но с непередаваемым ехидством, объяснил Лекс.
Ой, нет. Не-ет! Только не это!
Сколько времени прошло, а я резко залилась краской. Аргрос же обещал, что будет припоминать «дубинку» всю жизнь.
— Лекс, прекрати! — взмолилась я.
Это касалось слов. К процессу расстёгивания моего платья мольба отношения не имела. Более того, платье можно расстёгивать побыстрее, потому что… ну очень хочется. Как никогда.
— Ха! — выдал муж."
"— Убью, — пообещала я, запрокидывая голову и подставляя шею под его поцелуи.
— Дубинка, Илиена. Дубинка…
А потом случилось то, чего прежде в моих видениях не бывало. Тот самый процесс.
Аргрос не то чтоб не церемонился, но и распалять до предела, как тогда в кабинете, не собирался.
Сброшенная одежда, короткие ласки, и… ну, собственно, всё. Лекс вошёл плавно, медленно, а я неприлично выгнулась навстречу его движению. Муж на несколько секунд замер, словно впитывая встретившую его пульсацию, и начал задавать такт.
Сначаладвигался в обычном темпе, потом быстрей.
Он стремился войти максимально глубоко, а я полностью раскрылась и обхватила его ногами.
— Дубинка. — Новая попытка подколоть. Абсолютно бесполезная, потому что мне было не до смущения. Я наслаждалась процессом, запахом и весом его тела.
Мм-м… Как же приятно Лекс пахнет! Теряю голову всякий раз. Надышаться не могу.
Сообразив, что я уже не очень адекватна, Аргрос остановился и взял паузу. Всматривался в моё лицо и жадно оглаживал грудь. Конечно я не выдержала! Ну разумеется попросила:
— Ещё!
— Сейчас. Обязательно. — И это было ох какое обещание!
— Лекс, — я начала канючить.
— Дубинку страсти? — хмыкнул зараза. Заело его сегодня что ли?
Я не ответила, зато получила то, чего хотела. Чёткий, ровный, упоительно глубокий ритм.
С каждым движением мужа во мне что-то менялось. Внутри рождалось некое невероятное ощущение — горячее, мощное, как готовый взорваться вулкан.
— Ещё, — выдохнула я. И уже требовательно: — Ещё!
— Сейчас сделаем всё быстро, а потом долго и медленно.