Чего это он так рано с работы? Или случилось что-то? Он заглушил машину, открыл дверь и пулей бросился ко входу в дом. Увидев меня, Гав тут же расплылся в улыбке и, едва заскочив под крышу, влепил мне подзатыльник.
— Герой хренов, — без злобы сказал он.
Из его уст это звучало, как похвала.
— Я тоже лад тебя видеть, — улыбнулся я. — Кстати, спасибо за кловь. Тепель мы с тобой кловные лодственники, да, папаша? — с издёвкой спросил я, чем заставил спецназовца смутиться.
— Насчёт родственников… — отведя взгляд, начал Гаврилов и замялся.
— Да, я знаю, что вы встлечаетесь. Лучше скажи, как тепель тебя называть? Капитаном Гавлиловым, отчимом или папулей?
Гав тут же стал закипать.
— Ты мне позубоскаль ещё. Сынуля, ё-моё. Завтра с утра я тебе такую тренировку проведу, что подобные вещи тебя перестанут беспокоить, — прорычал он, явно мне угрожая. Но я не то что был готов, я жаждал вернуться к тренировкам.
— Да, да. Я ещё пожалею, что лодился на свет, — отмахнулся я. — А ты чего так лано велнулся?
— А всё.
— Молодец. И теперь мы умлём от голода. Одобляю. — Я показал ему большой палец. — Видать, плидётся мне снова взять на себя лоль колмильца. Не знаешь, где ближайшая шайка бандитов плячется? — шутливо спросил я.
— Знаю. Но тебе до неё не добраться, — хмыкнул Гаврилов.
— О-о-о! Поклываете климинальных элементов, товалищ Гавлилов? Нехолошо, нехолошо, — покачал я головой, сложив руки на груди.
— Да не в этом дело. Теперь я буду сторожем работать по ночам. А весь день ты будешь под моим надзором.
— Значит, что детство для меня закончилось?
— Почти. Со шпаной своей будешь видеться, но только в моём присутствии. А так, твой день будет состоять на девяносто процентов из тренировок. Правда, здорово? — Гаврилов явно пытался меня запугать, так как его бесила моя манера общения, а ещё он хотел, чтобы я бросил даже думать о том, чтобы самолично вляпаться в новые неприятности.
— Не жизнь, а мечта, — равнодушно ответил я и потащил его за рукав.
Мои слова смутили капитана, видимо ещё не привык к тому, что я знаю об их отношениях. А может и вовсе не привык к отношениям с живой женщиной. Слегка покраснев, капитан Гаврилов вошел в дом, где его встретила улыбающаяся мама. Было заметно, что Елизавета Максимовна готова в любую секунду броситься на шею спецназовцу, но с моим появлением она слегка поумерила пыл.