Он ожидаемо предположил, что снаряд предназначен ему, потому лениво отклонился в сторону и даже надменно хмыкнул, прежде чем пространство пронзил звук бьющегося стекла. Стало немного жаль искусный витраж, но своего я добилась, открыла окно. И тут же метнулась к нему.
— Виолет! — Матео умудрился схватить меня за запястье.
Но я вывернулась и запрыгнула на подоконник. Подалась вперёд и только в последний момент заметила мерцающий вдоль окна барьер. Уже приготовилась к удару о защиту, но она вспыхнула и исчезла. На краю сознания мелькнула боль в пальце.
— Спускайтесь немедленно! — Матео выкинул руку вперёд, направляя по мою душу водяной жгут.
Но тот лишь ударился о мою талию и разлетелся в стороны брызгами. Мужчина удивился, а я была слишком взбудоражена открывшимися мне с высоты пяти этажей видами.
— О, мне пришла в голову шутка! — расхохоталась я, качнувшись вперёд. — Что общего между шантажистом и самоубийцей?
— Виолет, немедленно спускайтесь! — безопасник рванул ко мне, но я выскочила на карниз и спряталась от него за уцелевшей частью окна.
— Дайте мне адрес Анет!
— Нет. Вы не прыгните, — гулко выдохнув через нос, он выпрямился, прямо глядя в мои глаза.
— Почему это? Я тут подумала, идеальное же решение. Свобода от всего, от насквозь фальшивого брака, от мужа, который меня только пользует, от его подпевал-друзей, от папочки-тирана, от золотой клетки. От всего! — я вновь расхохоталась, стараясь не переиграть. — А ради чего мне жить? У меня всё забрали. Даже единственную подругу и ту продали в бордель.
Отпустив край окна, я прошла вдоль карниза и изобразила, что теряю равновесие. Матео сердито выругался. А я решила подкрепить эффект и поставила ногу на голову изображавшей какое-то диковинное существо статуи.
— Ладно! — рявкнул Матео так внезапно, что я действительно пошатнулась.
Мужчина выскочил на карниз, протянул мне руку, но ничего не добился. Я ударила по его ладони и встала на голову статуи обеими ногами. И увидела краем глаза идущий чуть ниже вдоль выступающей с правой части здания балкон.
— Адрес! — потребовала я.
Снова выругавшись, Матео метнулся к своему письменному столу, схватил артефакт связи, кому-то позвонил. Через две минуты он протягивал мне лист с адресом. Я выхватила его, быстро запихала под браслет.
— Теперь спускайтесь!
— Нет, теперь берите лист бумаги и записывайте.
— Что записывать? — прорычал он.
— Моё завещание, — кивнула я. — Давайте-давайте. Что-то ветер усилился. Вдруг не успеем.