Потому просто ударила по руке мужчины и налетела на барьер. Он рассеялся, позволяя мне преодолеть остатки расстояния до отца и влететь в его распахнутые объятия.
— Папа! Папа! Ты жив! — затараторила я, не сдерживая слёз облегчения. — Я нарушила договор, думала, тебя убили и…
— Ты молодец, Валери, молодец. Сделала всё правильно, — он нежно гладил меня по голове, стирал солёные дорожки с моих щёк.
И улыбался, нежно, тепло и чуть болезненно. Мой папочка, пусть не родной по крови, но самый важный человек в моей жизни.
— Успокойся, Валери. Всё уже позади, — он крепко стиснул мои предплечья руками, заглядывая в мои глаза.
Осунувшийся, с грязными светлыми волосами и тусклыми карими глазами. Как же его измучил плен."
"— Что происходит? Почему он называет тебя «Валери»? — потребовал ответа Леджер. Над его рукой по-прежнему парило опасное плетение. — И почему ты называешь этого человека отцом?
— Я не Виолет, — призналась хрипло и вновь ощутила словно удар тока.
— Справедливо, — усмехнулась она. — Но я всё объясню. У меня тоже не было выбора.
— Постарайся уж.
— Так, подожди… — нахмурился Леджер. — А кто замужем за…
— Церемонию Доминик прошёл с Виолет, а потом она сбежала. Меня заставили её заменить, — пояснила я.
— Не сбежала, а скрылась на время, — сестра поднялась с земли.
— Сначала ты должна разорвать связь с Домиником, — отрезала я.
— Что? — удивилась она.
— Я видела нашу встречу.
— Могу, — хмуро кивнула она. — А ты как наша бабка, провидица?
— Да. Разрыв связи опасен?
— Не буду врать, он пройдёт болезненно для демона, — передёрнула она тонкими плечами. Было так странно видеть перед собой почти точную копию. Надеюсь, дело лишь в темноте и при свете дня мы совсем не похожи. — Но всё лучше, чем умереть в тоске по сбежавшей паре, правда? — усмехнулась она.