Я аккуратно погладила маленькие роговые наросты на его голове. Удастся ли мне вырастить ребёнка демона? Правильно ли и дальше скрываться? Максимилиан сын Доминика. Пока он маленький и не спрашивает про отца, но однажды озвучит пугающий вопрос. Во мне масса сомнений. Сейчас, через год я осознаю, что просто сбежала от проблем, унеслась прочь, не думая о ребёнке и чувствах Доминика, потому что была напугана и желала получить, наконец, свободу. Но какой смысл сожалеть? Всё уже свершилось, и снова приходится размышлять над извечным вопросом: что делать дальше? Просто связаться с Домиником, сообщить о сыне? Как он отреагирует? Вдруг заберёт Макса, а меня убьёт за предательство или бросит в темницу? Не узнать.
"Макс захныкал, ощущая моё беспокойство. Ланцелот запрыгнул на кровать и потёрся о его голову, начав громко мурлыкать.
— Всё хорошо. Прости, — вздохнула я, стараясь думать о радужных пони и ванильных реках.
***
Последующая неделя ничем особенным не отметилась. Я работала в лавке, слушала лекции Виолет, ухаживала за сыном. Анет мне помогала. Сестра оставила очередного кавалера с морковкой во рту. Отец одаривал волнами очарования клиенток. Но всё изменилось в обычный на вид день. Мы с сестрой принесли новую партию зелий удачи в торговый зал, хихикнули над тем, как миссис Вилнс флиртует с папой. И тут раздался звон дверного колокольчика. Всё в душе упало, когда я увидела на пороге следователя Ланкастера.
— Мужчинам входить нельзя, даже служителям правопорядка, — строго заявила Виолет.
— Я всё же настаиваю, — Ланкастер сместился, пропуская в помещение других работников управления.
Они рассредоточились по периметру, принявшись вежливо просить посетителей покинуть лавку.
— Что происходит? По какому праву? — как ни странно, больше всех распалилась миссис Вилнс.
— «Лавка Чудес» закрыта на особое обслуживание, — пояснил Ланкастер. — Приказ императора.
Посетителям, само собой, ничего не оставалось, как послушаться.
— Что происходит, Вал? Почему ты не предупредила? — прошипела мне сестра.
— Я… я не знала, что так будет, — мой голос дрожал от волнения, взгляд то и дело скользил к выходу в жилую часть. Хотелось рвануть к Максу, а потом нестись прочь, искать безопасное место. — Не понимаю почему.