С этими акрийцами одни проблемы.
— Нам уйти? — с сомнением спросил Матео.
— Нет, я же вам доверяю. Просто не отсвечивайте, — я развернулся в кресле так, чтобы проекция артефакта не выхватила образы друзей, и ответил на вызов.
— Прошу прощения за поздний звонок, Доминик, — вежливо заговорил король Акрии.
Впервые с Абсолоном де Лакруа я познакомился в детстве. Он запомнился принципиальным и жёстким мужчиной. Тогда было заключено соглашение о моём браке с его младшей дочерью. Так пытались наладить почти разрушившиеся отношения между нашими державами, но ничего не добились.
— Добрый вечер, Абсолон. Всё в порядке. Что-то случилось? — предположил я.
— Да, боюсь, я недооценил последствия травмы моей дочери, — качнул он головой. — Она меня позорит.
— Разве?
Его слова удивили, ведь Виолет практически не покидала покоев. А разговоры ходили только о её непривычных для Тринаты нарядах. Предполагали уродство девушки, и на этом фоне выражали сочувствие мне.
— Да, она ведёт себя вызывающе, не подчиняется гувернантке, — недовольно проговорил он.
— Будущая императрица должна подчиняться только мне, — напомнил я.
— И это ещё одна проблема, Доминик. В наших договорённостях чётко фигурировала личность гувернантки, как помощницы. Сегодня мне сообщили, что вы запретили мадам Жаклис посещать личные покои Виолет.
— Всё верно. Потому что её покои — продолжение моих, и я не собираюсь терпеть на своей территории посторонних. По нашей договорённости Жаклис должна присутствовать при принцессе, но мы не обговорили место их общения.
— Как вы ловко обходите наш договор, — жёстко усмехнулся он.
— Это мой дворец, здесь действуют мои правила, — прямо глядя в его глаза, отрезал я.
— Но дочь ещё моя. И как я сказал, в этом состоянии она меня позорит. Предлагаю аннулировать брак и обговорить иные соглашения.