Физрук

Да и перед нервотрепкой на педсовете выпить не плохо бы.

Неподалеку от стадиона обнаружился ресторан с многозначительным названием «Старт». Вот мы туда и стартанули. Днем здесь было пустовато, так что мы имели возможность самостоятельно выбрать столик. Правда, официанты все равно делали вид, что страшно загружены. Буквально сбились с ног. Пришлось им напомнить, что заведующий райпищеторга, внучка которого числилась в моем списке, будет неприятно удивлен их нерасторопностью, и они забегали, как тараканы.

Вскоре на нашем столике появилось два лангета с гарниром из жареной с грибочками картошки, два оливье и бутылочка «Муската». Мы с Ниной выпили за успех моего начинания. Я заметил, как порозовели ее щечки после второго бокала. И вообще, она оказалось милой девушкой. Мы ели, пили, болтали о пустяках. Я рассказывал о школьных делах, а моя собутыльница — о нравах, которые царят в ведомстве товарища Дольского. Информация могла оказаться полезной.

Мы даже немного потанцевали — в ресторане есть музыкальный автомат.

Нина доверчиво ко мне прижималась, но при всей своей отзывчивости, я делал вид, что не понимаю намеков. Тем более, что через полчаса мне уже нужно было быть в школе. Так что вскоре нам пришлось расстаться. Секретарша председателя спортобщества жила неподалеку от стадиона и я ее, разумеется, проводил, а потом поехал в школу.

Как и в первый раз, все набились в директорский кабинет. Судя по выражениям на лицах коллег, ничего хорошего от педагогического совета они не ждали.

Сначала речугу толкнул Пал Палыч. Он кратко подвел итоги первого месяца текущего учебного года. Рассказал о проценте успеваемости и общем снижении оценок по поведению. Перечисление всех этих цифр напоминало анекдот про среднюю температуру по больнице, но присутствующие педагоги кивали с самым серьезным видом. Один я улыбался. И улыбка моя не была не замечена руководством. Завуч сделала какую-то отметку в своем блокноте.

После стали разбирать успеваемость и поведение конкретных учащихся, стараясь при этом не упоминать Степанова, ибо он был сыном отца города.

Вызвали двух отъявленных хулиганов — к счастью, не из моего класса — и пропесочили их по полной. Хулиганы виновато шмыгали носами и клялись больше никогда, ни за что. Отпустив их, принялись обсуждать планы на текущий месяц и до конца четверти. Речь шла об общественной работе. Разуваев похвалил меня за организацию секции.