Ну я решил не слишком заморачиваться — куплю, что получится. Давка и впрямь оказалась знатная. В конце года магазины, как и другие советские предприятия, гнали план. Торговым точкам это было сделать легче, чем другим организациям. Покупатели сметали все.
Майонез, зеленый горошек, консервы, дорогие наборы конфет, недорогие конфеты тоже, торты, пирожные, фрукты, овощи, мясо, рыбу — все, что удавалось достать. Советские люди в большинстве своем встречали Новый год дома или в гостях у друзей и родственников, ибо злачные заведения закрывались, как и все остальные учреждения.
Домой я возвращался совершенно довольный собой. А вот когда ввалился в квартиру, мое хорошее настроение начало портиться. Было уже шесть вечера. Илги дома не было и готовой жратвы тоже. Я все понимаю — работа государственной важности, но она же знает, что у нас сегодня гости! Надо было не отпускать Кешу, может он что-нибудь бы состряпал?
Я открыл холодильник, уныло разглядывая его содержимое.
И когда в замочной скважине проскрежетал ключ, я выдохнул с облегчением. Илга ворвалась в квартиру, нагруженная авоськами и бумажными пакетами гораздо тяжелее, нежели только что был нагружен я.
Не прошло и пяти минут после ее возвращения, а на плите уже что-то булькало, шкворчало, стучал о разделочную доску нож и остро пахло свеженарезанным репчатым луком.
Я включил телевизор, пощелкал переключателем каналов и остановил выбор на концерте советской песни.
Ладно. Концерт так концерт. Все ж веселее.