Первым спустился Рунге, отпер ключом массивную железную дверь, отворил ее и вскоре темный проем озарился. Я спустился следом и тоже вошел в подвал. Судя по длине и ширине, он проходил под всем домом, так что площадь его была вполне подходящей. Пол был, конечно, цементным, вдоль стен тянулись толстые трубы с задвижками. Окна отсутствовали, зато было тепло. В одном месте и впрямь были аккуратно сложены уголки, швеллеры и прочие железки.
Мы обошли подвал, осмотрели голые стены, и пришли к выводу, что помещение вполне пригодно, но без ремонта не обойтись.
В квартиру Рунге я вошел без звонка — хозяйка просто не стала ее запирать. Разувшись и раздевшись, заглянул на кухню. Картинка, которую я увидел, у более мягкого человека могла вызвать слезу умиления. Мой ученик сидел за столом и старательно чистил вареные яйца. Надо думать — для какого-нибудь салата. Эмма Францевна стояла у плиты и перемешивала лопаточкой в сковородке что-то мясное и одуряюще ароматное. Услышав мои шаги, хозяйка обернулась и сказала:
— Вы уже закончили?.. Ну тогда проходите, Саша, в гостиную.
— Может чем-то помочь? — спросил я.
— У меня уже есть помощник, — откликнулась она. — Так что отдыхайте!
Кивнув, я отправился туда, куда меня отправили. В коридоре столкнулся с хозяином квартиры."
"— Все в порядке! — сказал он. — Иоганныч не возражает против организации при нашем домоуправлении детского клуба, при двух условиях — если наши домовые детишки тоже будут иметь туда доступ и если ремонт и переоборудование мы возьмем на себя.
— Оба условия принимаются, — сказал я.
— Я так ему и ответил, — кивнул Рунге. — Только ты же понимаешь, что это будет нелегко. Я имею в виду — условие второе.
— Ерунда! — отмахнулся я. — Нам бы толкового архитектора.
И снова по губам моего друга скользнула загадочная улыбка.
— Архитектор у нас есть. И на мой взгляд — неплохой.
— Кто же это, если не секрет? — спросил я.
Вместо ответа, он взял с полки толстый альбом, положил передо мною и раскрыл.