При этом она села за столом прямее, чтобы ее выдающийся бюст мог находится в поле моего зрения.
Через полчаса, дверь кабинета отворилась, и в приемной показались директор СТО и его незваный гость. Лицо Коленкина было мрачным, а Илья Ильич, напротив, сиял, как масленый блин. Увидев меня, Митрофаныч изумленно воздел брови, но его визави тут же развеял его недоумение.
— Вы ведь знакомы? — спросил он.
— Да, — буркнул «автомобильный бог». — Приходилось встречаться.
— Ну тогда тем более все упрощается, — кивнул Илья Ильич.
— Я понял, — кивнул с обреченным видом Коленкин.
— Ну и замечательно. Я рад, что у нас полное взаимопонимание… Пойдемте, Александр Сергеевич.
Мы покинули административный корпус, сели в «мою» тачку и покатили к городу, так как СТО находилась за его пределами. Мело все сильнее, а шоссе никто и не думал чистить на ночь глядя. Хорошо, что у «ГАЗ-24» сильный движок, особенно — по сравнению с «Жигулями».
В общем, премьера прошла с успехом. Я вернулся к своему дому, посигналил. Сторож отворил ворота. Я загнал столь неожиданно обретенную тачку во двор и вошел в квартиру. Пустота и тишина. Позвонить Наташе? Где она сейчас? В больничке или — в общаге? Я подошел к телефону, поднял трубку и набрал номер… Карла.
— Добрый вечер! — сказал я. — Это Саша Данилов.
— Добрый вечер, Саша!
— Карл дома?
— Да, сейчас позову.
Через минуту подошел Рунге.
— Слушаю!
— Привет! Вот решил позвонить, — сказал я. — Как дела?
— Прекрасно! — отозвался он. — Проявляю первую пленку, отснятую камерой, которую ты мне подарил. А супруга моя по уши погрузилась в проект переоборудования нашего подвала.
— Какие же вы молодцы!
— Хочу в субботу собрать всю нашу студию, — продолжал он.
— Обязательно приду! — пообещал я.
— Ну и отлично. Будем ждать!
— Ну тогда давай. До завтра!"
"Положив трубку, я отправился на кухню. Странно как-то. Вроде у меня все есть. И деньги и квартира, и вот теперь даже машина. Бабы за мною косяками ходят, а счастья — нет. Наверное, потому что ничем я так не увлечен, как мои друзья и коллеги. Даже спорт для меня скорее профессия, чем страсть.