Так, не будем вспоминать Ромочку всуе!
— А есть какие-то особые секреты?
Миша наклонился к ней и прошептал на ухо.
— Я знаю много секретов.
— Убедил. Пойдем.
***Баночка дягилевого меда выставлена на стол. И даже чайник наполнен водой и включен. Зашумел, потом вскипел.
Но хозяйке и ее гостю было уже не до чая.
Миша не стал тянуть кота за хвост. И, едва они устроились на диване, поцеловал Марфу. Ну и хорошо, чего время терять. Целовался Миша умело. От него пахло кофе, выпечкой и немножко парфюмом.
Вот Мишина рука аккуратно накрыла ее грудь. А в груди Марфы родилось и тут же было молниеносно придушено робкое возмущение.
По всему выходило, что мы хотим чаю с медом и спать. А не вот это все.
Но почему ее вот это все не… не возбуждает? Да даже не трогает!
— Марфа… — Михаил хрипло дышал ей на ухо. — Какая ты красивая, Марфа….
Мужские руки стали смелее. Но тело почему-то, как пишут в любовных романах, коих Марфа прочла аж три штуки, не предавало ее. То есть, предавало, но в другом смысле. Тело отказывалось реагировать на поцелуи и ласки, а хотело в ванну и чай с медом.
Порнуху, что ли, включить? Но так низко Марфе не дал упасть дверной звонок. Он подал голос резко и настойчиво. Мужские руки исчезли с ее груди, а Миша резко отодвинулся.
— Это кто?
Марфа пожала плечами, стараясь ничем не выдать охватившее ее чувство облегчения. А звонок все заливался и заливался, звонивший явно не снимал пальца с кнопки. Марфа со вздохом встала.
— Придется открыть.
За дверью стоял Ромочка Ракитянский.
— Мрыся, чего так долго не открывала? Я был в твоем районе, дай думаю, заскочу. А у тебя свет горит. Слушай, мне позарез надо уткнуться в си… А это кто?!
Рома замер на пороге комнаты. Миша встал с дивана. Двое мужчин смотрели друг на друга. Марфа кашлянула."
"— Знакомьтесь. Михаил, ресторатор из Новосибирска. Роман, адвокат.
Рома, демонстрируя совершенно безобразные манеры, не торопился пожать Михаилу руку. Он сверлил Марфу взглядом.