Но был все детство истязаем матушкой посредством ТЮЗа. И этот спектакль она мне присоветовала. Ну, ты будешь переодеваться? Время идет!
Марфа закатила глаза.
— Ну тогда — кыш!
— Пойду пока кофе с бутербродом сделаю, — Рома взялся на ручку двери. — Если надо будет замок на спинке помочь застегнуть — зови.
Марфа еще какое-то время молча смотрела на закрывшуюся дверь спальни. А потом со вздохом принялась разбирать пакет.
***Марфа и предположить не могла, что спустя всего два дня после выкидыша она будет смеяться.
***— Это хороший ресторан?
— Не знаю, — Марфа окинула беглым взглядом зал. — Я здесь раньше не была. Ты разве не почитал отзывы в интернете?
— Зачем мне отзывы, если рядом со мной сидит профессионал? — Роман аккуратно расправил на коленях салфетку.
Марфа обвела более долгим и внимательным взглядом зал. Проводила глазами одного официанта, второго. Полистала меню. Развернулась, что найти бар и проинспектировать его взглядом.
Потом снова развернулась к столу.
— Ну так как? — спросил Рома.
— В целом, неплохо. Но, знаешь, есть пара странностей.
— Каких?
***На обратной дороге они молчали. Но это было другое молчание. Не тягостное.
Так мы и будем проводить вечера, дорогая моя Мрысечка. Театры, кино, рестораны и даже, прости, господи, музеи и выставки. Когда ты немного окрепнешь, я отвезу тебя в аквапарк. В боулинг. На картинг. В зоопарк. Мы проедем все подмосковные усадьбы, куда открыт доступ.
Сидеть и киснуть я тебе не позволю. Еще бы с работой тебе что-нибудь придумать…
***— Дорогая, что у нас на ужин?
Марфа оторвалась от телефона.
— Пельмешки? — спросила неуверенно.
— Ну пельмешки — так пельмешки. Я варю пельмени, ты делаешь салат.
В те дни, когда они никуда не ездили, Рома исполнял культурную программу сам. Просто открывал рот и вываливал на Марфу все свои адвокатские новости за день. Лишь бы не молчать.