Не глядя на дисплей, ответила на входящий вызов. Прикрыв глаза, устроилась удобнее. Вздохнула и честно попросила:
— Уложись за десять минут. Голова трещит жутко просто.
Взамен привычного щебетания услышала молчание. Приоткрыла один глаз. Да так и замерла, прочитав имя звонившего абонента.
— Минуты хватит, — отрывисто бросил невыносимый, упрямый, сердитый, грубый, несгибаемый мужчина с жутким характером.
— Матвей? — не веря своим ушам, прошептала я.
— Ты ждала кого-то другого? — грубый вопрос звучал музыкой в моих ушах.
— Будем припираться, или ты расскажешь о причине своего звонка? — понимала, что улыбаюсь, но, черт подери, я была слишком счастлива, чтобы контролировать свои эмоции.
Слышала, как Мэт шумно выдохнул. И ждала. Я не собиралась облегчать ему задачу. Он сам мне позвонил. Стало быть, и дальше должен делать шаги в мою сторону. А я буду ждать его. И другой мне не нужен.
— Ты…. Я…. Черт! — пробормотал Фуллер, а потом вновь резко выдохнул: — Расскажи, как твои дела.
— Нет, Фуллер, — категорично заявила я. — Ты называешь мне причину, по которой звонишь. Или я кладу трубку.
— Вот так, значит? — хмыкнул Мэт. А я воочию увидела его ухмылку. Гад! Но такой любимый!
— Именно, — я даже кивнула, подтверждая свои слова.
Матвей замолчал. Я не торопила его. Он не бросал трубку — и я уже это событие сочла особенным. Это точно было чем-то, находящимся за пределами терпения Фуллера.
— Твоя взяла, девочка, — наконец пробормотал Фуллер, а я почти до хруста сжала телефон в руке.
— Не совсем, — нагло заявила я.
И кажется, кто-то на том конце провода, не очень терпеливый и любезный, произнес несколько не самых цензурных словечек.
— Вредная девчонка! — прошептал Фуллер, а я буквально ощутила его руки на своих плечах."
"Пришлось прикрыть глаза от удовольствия. Вот что он делает со мной! Пара мгновений, и все прошлые обиды забылись. Остался лишь его голос. Он сам. И мое ожившее сердце.
— Завтра, Дарина, пацан узнает, когда ближайший рейс, — словно через силу произнес Фуллер, а я и сама не заметила, как подскочила на ноги. Еще секунда, и мои ноги сами пустятся в пляс от обуревавших мое тело эмоций.
— У Стальбергов есть личный самолет, — прервала я Мэта. — Лучше я сама прилечу.
— Не хочешь светить меня своим столичным дружкам? — колкая фраза меня ни капли не ранила. Наоборот. Ревность Фуллера, как бальзам на мою израненную душу.