Я никогда не называл ее по имени. Даже в мыслях. А теперь назвал.
Доктор бросил на меня долгий взгляд. Я знал, что именно он видит на моем лице.
Но было плевать. Сейчас ночь, и даже я имею право на слабость.
Вышел из спальни, прикрыв за собой дверь.
Очередная бутылка виски попалась под руку. Хотелось пить. Но горячительная жидкость казалась водой. Ничто не притупляло мыслей и воспоминаний.
Светлов вышел, спустя полчаса. Лицо старика прорезали глубокие морщины.
— Был бы я моложе, Фуллер, разукрасил бы твою физиономию под хохлому, — произнес профессор, не глядя на меня.
И ушел.
Спустя секунду, я перешагнул порог спальни.
Девчонка лежала, свернувшись в комок. Под одеялом не разобрать, где голова, а где ноги. Я знал, она не спит.
Уйти бы, сделать вид, что все именно так, как и должно быть. Что она ничем не лучше других. Такая же, обычная, как и те, что побывали здесь до нее. А лучше — прогнать из дома! Да, лучше заставить ее уйти. Снять для нее квартиру. Дать денег. И забыть обо всем.
Но знал, что не выйдет.
Сел на пол, опираясь спиной о стену. Нутро ныло от ненависти к самому себе.
А мозги плыли. Идеально построенный план катился к чертям.
Хотел подняться на ноги и уйти. Но конечности не слушались.
Череп стремительно рвало на куски, словно кто-то раздавил его стальными тисками.
Знал, что вот-вот отключусь. Боль просто убивала.
Не понял только, как оказался лежащим на спине. Но даже сквозь туман чувствовал короткие и рваные касания по щекам, лбу. Словно чьи-то холодные ладони настойчиво пытались привести меня в сознание.
Глава 16
Пробуждение не принесло ничего хорошего. В голове звенело, словно череп давили тисками, качественно и долго.
Разлепил глаза. Осмотрелся.
Выходит, спал я у себя, но на полу. По большому счету, такой расклад не удивил. Удивило наличие одеяла и подушки под головой.
Минуту лежал, прислушиваясь к ощущениям собственного тела. Могло бы быть и хуже. Руки-ноги двигались — уже радость.
Перевернулся на бок. Желудок прошило волной тошноты.
Судя по названию, пилюли приволок доктор. Значит, старый хрыч ночью возвращался. Выходит, девчонка его вызвонила. Больше некому.
Дура. Ведь могла бы и не звонить.
С трудом поднялся на ноги. Звон в голове хотелось прогнать единственным работающим способом. Но до барабанов нужно было еще доползти.
Душ был ближе, чем гараж.
Ледяные струи били по телу, прогоняя остатки сна.