Не баловал он ее, не с чего было, жалованье скромное. В обеденный перерыв сбегал в универмаг: надо присмотреть покупку. Народу в преддверии праздника было много. Он прошел вдоль витрин. Что нравилось, было дорогим, а что по деньгам – уж очень незатейливо.
Кто-то деликатно тронул его за рукав. Андрей обернулся – директор собственной персоной.
– Здравствуйте, товарищ следователь.
– Я не следователь, оперативный сотрудник уголовного розыска.
– Все едино – милиция. Что вас привело в наш храм торговли?"
"Директор был явно в прекрасном настроении.
– Девушке подарок выбираю.
– О! Прекрасно. Позвольте вам помочь! На какую сумму рассчитываете?
Андрей имел при себе пятьдесят рублей, десятая часть месячного денежного довольствия. Но сказал, как есть.
– Пойдемте со мной.
Прошли в подсобку. Андрею неудобно было. Вроде как служебным положением пользуется. Успокаивал себя – за деньги же покупает, не взятка.
– Нравится?
И открыл коробочку. В тусклом свете в подсобке украшение не показалось.
– Простите, Андрей, кажется.
– Именно.
– Давайте в мой кабинет пройдем, там свет приличный.
Поднялись, Валентин Елизарович настольную лампу включил. И вот тут украшение заиграло. Серебряная брошь в виде бабочки с расправленными крыльями, тончайшая работа, все перепонки на крылышках – как у живой бабочки. Крупные глаза из янтаря.
– Видите ли, брошка – подарок универсальный.
Ясно стало, что директор в этих вопросах большой дока.
– Спасибо, вы меня выручили. Сколько я должен?
– Ровно пятьдесят рублей.
Андрей отсчитал деньги. Коробку во внутренний карман куртки уложил. Одной проблемой меньше. Конечно, женщинам нравятся цветы в подарок, сладости, милые безделушки.
В круговерти ежедневной пятница подошла. Если бы Феклистов не напомнил, забыл.
– Ты чего не при параде?
– Ой! Запамятовал.