– Сзади забор, подойдут сбоку, слева или справа.
Николай папиросы достал, закурить не успел. Андрей его остановил.
– Не кури. Запах сразу выдает и дымок из вентиляционного отверстия пойдет. В разведке не один человек так спалился.
– Уголовники – не немцы.
Но закуривать не стал, убрал пачку в карман. В кузове зябко, Николай потопал ногами.
– Да тихо ты, что как медведь себя ведешь?
Время тянулось медленно. Андрей заслонку полностью открыл, но отверстие мало, с ладошку. Ларек виден отлично. Несмотря на вечер, у пивной точки несколько мужичков толкаются.
– Кружки возвращаем, закрываюсь я.
Мужички пиво допили, кружки пустые на прилавок составили, по домам потянулись. Продавщица кружки забрала, окно закрыла. С минуты на минуту должны прийти с водкой.
– Пусти, я понаблюдаю, – отстранил Андрея Николай.
Он устроился у окна, Андрей на пол лег. Внизу, у створки люка, через который поддоны с хлебом загружают, щель широкая, часть улицы видна, но не ларек. Заскрипел снег под ногами. И неожиданно выстрел.
– Николай, живой?
– Живой, руку зацепило. Что с водителем?
Андрей обежал грузовик. Наповал. Стреляли в голову. И на железном кузове с этой стороны две пробоины.
– Я сейчас, – крикнул Андрей и кинулся к лежавшим.
Опять неудача. Один признаков жизни не подает, второй стонет, пуля в бедро попала, хотя целил Андрей в голень. Да разве в темноте выстрелишь точно? Он рванул к пивному ларьку. Антонина при звуке выстрелов дверь изнутри заперла. Андрей кулаком забарабанил.
– Антонина, открой! Это Андрей.
Испуганная женщина дверь открыла.
– Чего стреляли?
– Где телефон?
– На проходной, туда! Метров сто.
– Ранение у нас. Я побежал в милицию, на «Скорую» звонить. А ты закрывай точку и уходи. Все равно ничего не видела, не свидетель.
– Я мигом.
Андрей к проходной помчался. Сторожу удостоверение под нос сунул.
– Где телефон?
Телефон на стене висел. Первым делом Андрей на «Скорую» позвонил. При больнице была машина и бригада. Вызов приняли.