Томас откровенно скучал, своим видом демонстрируя, насколько ему не хочется учиться в Академии Эльрена и что он мечтает поскорее убраться домой. К концу урока у него тоже вышло зелье, но вовсе не ярко-зеленое, как у остальных, а цвета мутной весенней грязи на Чаверти.
Пить его Томас наотрез отказался, но миссис Левковски была неумолима. Посмотрела на него, и… рука парня потянулась к колбе, хотя Томас явно этого не желал.
Сопротивлялся, но его рот открылся, и он влил в себя грязно-коричневое содержимое колбы.
Проглотил, мучительно закашлял, а потом позеленел.
— Так будет с каждым, кто не относится с должным вниманием к моим урокам, — любезным голосом пояснила нам преподавательница. — Запомните, впредь вам предстоит пробовать все, что вы приготовите. На завтрашнем уроке вас ждет практическая работа без моих подсказок и конспектов, поэтому советую выучить список ингредиентов и последовательность…
Тут Томаса стошнило, но магиссу Левковски это нисколько не смутило.
— Уберешь за собой, — приказала ему.
— Можно мне в лазарет? — прохрипел Томас.
Оказалось, что нельзя, и тошнить его будет если только еще один раз. Или два, но не больше, так что в лазарете миссис Левковски не видела никакой нужды.
Этот самый раз произошел в общей столовой, куда мы отправились обедать. Томаса стошнило как раз рядом со стойкой раздачи, что вызвало возмущенный хор голосов и, подозреваю, испорченный аппетит у многих студентов.
— Все вы с Суши такие! — презрительно произнесла Селия Винслер, проходя мимо нас с Риз и направляясь к столам своего курса.
Не успела я возмутиться, как в разговор вступила подруга."
"— Именно такие, — согласилась Риз, поднимаясь на ноги. — Ой, мамочки, спасите! Помогите! — завопила она заполошным голосом. — Меня сейчас стошнит, и как раз в твою тарелку! И еще на тебя!
Селия дернулась. Поднос в ее руках накренился, горшочек с жарким полетел на пол, а суп пролился на подол форменного платья.
Леди Винслер выругалась, прочем довольно грязно. Затем, развернувшись, кинулась прочь из столовой, на бегу отряхивая одежду, а я подумала, что Риз нажила себе в ее лице смертельного врага.
Но больше ни о чем подумать не успела, потому что к нам подошли пятеро с четвертого курса — похоже, защитники леди Винслер. Я поднялась на ноги, наши парни тоже дружно встали.
Все, кроме Томаса Хансена, конечно же.