– За исключением того, что я потерял свою пару.
– Ты привел с собой пару? – интересуюсь я. – И где же он?
– Она, – ухмыляясь, отвечает Элайджа, а затем смеется мне в лицо, потому что он перестал ходить на свидания с девушками еще в колледже, когда объявил всем о своей нетрадиционной ориентации. – Шон, я шучу. На самом деле это…
Элайджа не успевает договорить, потому что к нему подбегает встревоженная женщина в униформе фирмы, обслуживающей банкеты, и размахивает таблицей рассадки. Они о чем-то бурно перешептываются, и, тихо выругавшись, Элайджа извиняющимся жестом машет мне и убегает, чтобы уладить возникшую за кулисами благотворительного вечера проблему, оставив меня наедине с моим виски.
Мне прекрасно известна причина этого сдержанного сочувствия, отчего грудь сдавливает словно тисками.
«Возьми себя в руки, Белл, и продолжай праздновать свой успех».
Ночной воздух окутывает внезапной прохладной тишиной, и я делаю глубокий вдох.
"Жаль, что не только воспоминания о смерти Лиззи так подействовали на меня. Жаль, что у отца Элайджи есть причины смотреть на меня с жалостью. Как бы мне хотелось хоть раз принять душ, или присутствовать на деловой встрече, или перепихнуться с красивой женщиной и при этом не держать под рукой телефон с включенным звуком на случай крайней необходимости.
Но, оказывается, не все можно исправить деньгами и великолепной шевелюрой.
Сюрприз.