Я! Еду! Домой! Те, кто выжил

Мой «хеклер» трижды выплюнул по пуле, и все три зомби упокоились уже окончательно, осев возле бортов и завалившись в нелепых, неестественных позах.

— А здоровый трюм, — сказал я с уважением, оглядевшись.

— Так говорили же, — напомнил мне Витя. — Видишь, какое корыто удобное: и горючку возить можно, и любой груз…

— Кстати о горючке, — спохватился я. — А как с ней на судне?

— Залились, — ответил он. — Я успел глянуть.

— А трюм пустой, — сказал я задумчиво.

— Это ты к чему?

— К тому, что надо заполнить.

Ладно, пошли к остальным.

23 июня, суббота, вечер. Дельфзийль, северо-восток Нидерландов"

"Уборкой на судне я, естественно, не занимался, оставив это малоприятное занятие своим спутникам. Сам же засел с М-16 на крыле ходового мостика и наблюдал за окрестностями, заодно отстреляв с десяток зомби, скопившихся у перекрывшего проход на дебаркадер «транзита». Убил и того мертвяка в оранжевом комбинезоне, что топтался за забором нефтехранилища.

Планы на ближайшее будущее согласовали легко.

Я предложил залить «под пробку» установленные в трюме цистерны, раз уж «Мариетта» все равно стоит у заправочного терминала. Сотня кубометров солярки точно лишней не будет — ее и продать можно, и просто в запасе держать. Кто знает, как тут дальше дела пойдут, может, кто и лапу наложит на этот пустой и в то же время полный всякого нужного добра порт, так что ловить момент нужно.

Протестовал против такой идеи один Дима, хоть в свое время сам сказал, что надо здесь груз взять, но остался в явном меньшинстве.

Это у него со страху, но… На мой же взгляд, даже риска особого не ожидалось: очень уж мало бродячих мертвецов в этой промзоне, отгороженной от города многочисленными каналами и заборами, так что вполне справимся. А насчет Димы сделал уже окончательный вывод: трусоват. Жадноват, что все же заставляет его шевелиться, — и одновременно очень пуглив, готов бросить любое дело на середине. Кстати, я так до конца и не понял, что связывает его с Пашей и Витей — ребятами, вполне твердо стоящими на земле. Как-то он у них сумел заработать репутацию «самого умного», хотя мне он таковым вовсе не кажется. Разве что языком молоть горазд, в этом не откажешь.

По ходу дела я занял шкиперскую каюту как самую комфортную, причем исключительно для того, чтобы этого самого Диму обломать: он туда сам уже лыжи навострил. Ничего, перетопчется — пока от него никакой пользы я не видел за время нашей вылазки.